После ареста Брониславы Металликовой её маленьким дочерям прислали корзину фруктов и сладостей. Подарок, по воспоминаниям младшей, был от Берии. На нём стояла подпись:
«маленьким хозяйкам большого дома».
Наташе исполнился год и три месяца, Гале было пять лет. Обе девочки росли в семье Александра Поскрёбышева, многолетнего помощника Сталина. Через его руки проходили важнейшие государственные бумаги; он ежедневно работал с человеком, от решений которого зависели чужие судьбы.
Однако вернуть домой собственную жену он не смог. Дочь запомнила семейный рассказ о его безуспешных просьбах и о корзине, которую прислал человек, возглавлявший НКВД.
К тому времени Александр Николаевич был женат вторым браком, на Брониславе Металликовой. Первый его брак продолжался около десяти лет; третий, заключённый уже после исчезновения Брониславы, соединит в одном доме трёх девочек. В этой семье будут растить детей, принимать гостей, радоваться их успехам. И всё это будет происходить после той весны, когда мать двух старших дочерей ушла и не вернулась.
До кремлёвской жизни
Первой женой Поскрёбышева стала польская революционерка Ядвига Станкевич. В биографических справках их брак датируется 1919–1929 годами. Тогда Александр Николаевич ещё только начинал путь, который привёл его в сталинский секретариат: за плечами были фельдшерское училище, работа на Урале, первые партийные поручения. В 1922 году он переехал в Москву.
Ядвига прожила с ним годы, за которые провинциальный фельдшер стал сотрудником центрального партийного аппарата. О том, что происходило между супругами, известно гораздо меньше, чем о его назначениях. Супруги расстались в 1929 году, но достоверного объяснения их разрыва в доступных свидетельствах нет.
Когда в середине 1930-х Поскрёбышев женился на Брониславе Металликовой, его положение уже было совсем другим. Он работал со Сталиным, был человеком известным в кремлёвском окружении. Бронислава занималась медициной: служила врачом и научной сотрудницей института эндокринологии. С ней в новую семью пришла маленькая Галя, дочь от прежнего брака, а в 1938 году родилась Наташа.
Брат, у которого она нашла приют
Как рассказывает музей «Дом на набережной», прежде чем поселиться у Поскрёбышева, Бронислава с дочкой жила у старшего брата Михаила. Она пришла к нему после распада первого брака. Для Михаила забота о младшей сестре была давним делом: после смерти их отца он помогал матери, оставшейся с семью детьми. Броня была самой младшей.
Так Михаил дважды помог ей: сначала в детстве, когда семья осталась без отца, затем уже взрослой, когда она ушла от мужа с маленькой дочерью. В 1937 году его арестовали, и младшая сестра стала искать помощь для человека, у которого прежде сама находила поддержку.
В обвинениях возникла поездка четырёхлетней давности. В 1933 году брат и сестра, оба медики, участвовали в научной конференции в Париже. Там они встретились со Львом Седовым, сыном Троцкого. Седов прежде был женат на сестре жены Михаила, так что речь шла о человеке, связанном с семьёй через родственников.
Теперь эту встречу использовали против Металликовых. Вслед за Михаилом арестовали его жену; их дети, Марина и Сергей, остались без обоих родителей. Бронислава обращалась к Сталину и Берии, и, согласно музейному рассказу, ей удалось добиться, чтобы племянников оставили у бабушки. Им не пришлось расставаться друг с другом и отправляться в детский дом.
Для Марины и Сергея это означало, что хотя бы после разлуки с родителями их привычный мир не разрушится окончательно: они останутся вместе, под заботой близкого человека. Бронислава помогала матери и племянникам, продолжая хлопотать о Михаиле. Одного решения, которое удалось изменить, было ещё недостаточно, чтобы вернуть семье прежнюю жизнь.
Поездка, после которой её стали искать
В семейной истории, опубликованной музеем «Дом на набережной», сохранился рассказ о том, как в 1939 году Бронислава отправилась на Лубянку просить за брата. Автомобиль вернулся без неё. Поскрёбышев звонил, пытаясь выяснить, где жена, но ему отвечали, что она уже уехала домой.
*
Дома её не было. Племянница Марина вместе с бабушкой стала обходить тюрьмы. Там говорили, что такой заключённой в списках нет. Ещё недавно Бронислава хлопотала о том, чтобы детей арестованного брата оставили в семье. Теперь его дочь и мать искали её саму.
Документы позволяют установить даты: Михаила Металликова расстреляли 31 марта 1939 года, Брониславу арестовали 29 апреля. Между этими событиями прошло меньше месяца. Семейный рассказ сохранил обстоятельства её исчезновения, но не даёт точной даты поездки на Лубянку.
Бронислава провела под стражей больше двух лет. 22 сентября 1941 года её приговорили к смерти по обвинению в участии в контрреволюционной террористической организации, а 13 октября расстреляли. Реабилитировали её в октябре 1957 года. Наташе, которой при аресте матери был год и три месяца, к тому времени исполнилось девятнадцать.
Екатерина и три девочки
После ареста Брониславы Поскрёбышев продолжал службу. По воспоминаниям Натальи, домой он приезжал около пяти утра, а к десяти-одиннадцати снова уезжал. Такой распорядок почти не оставлял времени даже на сон, тогда как дома росли две маленькие дочери.
В 1942 году, как пишет Наталья, её отец женился на Екатерине Григорьевне Зиминой. В семье родилась ещё одна девочка, Лена. Екатерина удочерила Наташу и растила всех троих. В доме, куда так и не вернулась Бронислава, теперь росли три сестры.
В Наташиной памяти сохранились бабушкины сказки с вятским говором, гости, детские игры. Жизнь дома продолжалась, и дети знали в ней тепло. Позже Наталья стала искусствоведом, Елена выбрала медицину и преподавала гистологию.
Слова, написанные четырнадцать лет спустя
После ареста жены Поскрёбышев ещё много лет работал рядом со Сталиным. Как он объяснял себе эту службу после безуспешных попыток вернуть Брониславу, мы не знаем. Но сохранился документ, в котором он сам высказался о произволе органов.
11 июля 1953 года, после смерти Сталина и ареста Берии, Поскрёбышев направил в Президиум ЦК речь, с которой ему не удалось выступить на пленуме. Он писал о положении, когда вызванный к Берии руководитель «не знал, вернется ли он домой или будет посажен в тюрьму», и требовал поставить органы под строгий партийный контроль. При этом ссылался на Сталина как на авторитет. Имени Брониславы в этой речи нет.
Он мог ежедневно говорить со Сталиным, но добиться возвращения жены не сумел. Для меня в истории этой семьи особенно горько то, как мало значила его близость к власти, когда помощь понадобилась дома.
После Брониславы остались две маленькие девочки. Екатерина вошла в их жизнь, удочерила Наташу и растила трёх сестёр. Спустя десятилетия Наталья рассказала и о погибшей матери, и о той, которая её вырастила. Об Екатерине она написала:
«заботилась о всех трех сестрах».
За этими словами стоят годы, благодаря которым в воспоминаниях о детстве сохранились бабушкины сказки, игры и тепло дома.
