Прошло несколько дней после свадьбы, и подданным объявили: в королевском семействе ожидается пополнение. Такой скорости никто не предполагал. С того момента жизнь молодой королевы Елизаветы Йоркской должна была полностью перемениться.
Генрих VII не случайно выбрал Елизавету из всех принцесс – она была представительницей династии Йорков, а ещё дочерью многочисленного семейства. У её матери от двух браков было в общей сложности двенадцать детей. От Елизаветы ждали того же: пусть пополняется новая династия Тюдоров.
Первым делом королеве отвели отдельные покои. Отныне её сон никто не должен был потревожить. Генриху Седьмому разрешали навещать супругу только в дневные часы. Кстати, такой обычай в пятнадцатом веке был очень распространён. Считалось, что если дама «в интересном положении», то выполнение супружеского долга следует отложить. В 1486 году, когда вся Англия находилась в ожидании наследника, отступать от этого правила не стали.
Королеве было двадцать лет, её считали совершенно здоровой, но всё равно ежедневно предлагали то «воробьиный жир», то вытяжку из заячьего желудка. Эти советы черпали из книги «Leechbook», которую в десятом веке составил некий учёный муж по имени Болд. И хотя прошло несколько сотен лет, Тюдоры предпочитали проверенные методы. Так что Елизавета была вынуждена следовать правилам дремучего Средневековья.
Ей не давали фруктов и овощей, сладкое и солёное, свинину и молоко. Вся еда королевы «в ожидании» была пресной. Бонусом можно назвать только то, что Елизавете разрешалось не соблюдать посты.
Некоторые правила для королевы противоречили друг другу: государыня должна была хорошо отдыхать, но при этом много спать не позволялось. Следовало почаще выходить на воздух, но избегать сильного ветра. От Елизаветы держали подальше многочисленных собак, которые жили во всех тюдоровских резиденциях, чтобы те, ненароком, не толкнули королеву. О верховой езде тоже можно было забыть. Да и поездки в экипаже советовали не предпринимать. Дороги – так себе…
От свекрови и своего окружения Елизавета слышала столько советов, что голова шла кругом. Её просили не смотреть на луну, на зайцев и на змей. По весенней росе не ходить. Не вставать слишком резко. Чтобы никто случайно не испугал королеву, придворных просили громко не смеяться и разговаривать максимально спокойно. Молодая женщина стала подобна хрустальной вазе! Её так оберегали, потому что знали – от неё зависит жизнеспособность династии.
Примерно за месяц до события – в конце лета 1486 года – Елизавету перевезли в Винчестер. Это было особое место, с большим историческим прошлым. Еще в IX веке Альфред Великий объявил Винчестер столицей королевства. А в 1079 году там был заложен огромный готический собор. Поскольку древняя крепость правителей пришла в упадок, королеву поселили в доме приора, где ей надлежало провести несколько недель почти в одиночестве.
«Существует в Англии такой старый обычай: заточить принцессу, — записал венецианский посол, — ее оставляют в уединении на сорок дней до, и на сорок дней после».
В распоряжении Елизаветы были несколько слуг. Она гуляла по саду возле дома, коротая бесконечно тянущееся время, и несколько раз в неделю принимала у себя свекровь. Маргарет Бофорт настаивала, чтобы невестка почаще проводила время за изучением Писания, обустраивала детскую, и особую комнату, где дитя должно было появиться на свет.
Еще спустя пару недель королева «в ожидании» уже никак не должна была соприкасаться с внешним миром. По требованию свекрови, её поместили в покоях, наглухо закрыли окна, и даже еду оставляли на подносах за пределами комнат. Никто, кроме женщин-служанок не мог войти на половину Елизаветы.
В этот момент даже визиты короля считались нежелательными – на этом особенно настаивала Маргарет Бофорт. Но она же разрешила невестке разделить заточение с матерью и двумя сёстрами. Те примчались сразу, едва получив весточку от Елизаветы.
На всякий случай комнаты Елизаветы выстилали мягкими коврами (а вдруг упадёт!), на стены повесили гобелены (вдруг дотронется до стены, а та — холодная). Во избежание сквозняков, замочные скважины и малейшие щели в оконных рамах тщательно законопатили. Камин топили круглые сутки, так что можно представить, какая жара царила у королевы!
Ожидание завершилось утром 20 сентября. Почувствовав, что скоро «всё свершится», королева сняла кольца и серьги, цепочки и пояс (опять же, по распоряжению матери Генриха Седьмого). Её окружение должно было сделать то же самое. С помощью миссис Кобб, которая когда-то помогала матери Елизаветы, королева благополучно разрешилась. Сын, вскоре названный Артуром, издал свой первый возглас ровно в час нового дня.
Многие заметили, что от бракосочетания до появления наследного принца прошло слишком мало времени – всего 8 месяцев. Прикинули: королева до свадьбы жила в доме будущей свекрови, куда часто наведывался Генрих VII… Поэтому возникло предположение: давая брачные клятвы, Елизавета уже была «в ожидании». Кстати, король не прогадал — после Артура супруга подарила ему ещё семерых детей.
