«Вы сошли с ума! Ей всего тринадцать лет, мы не можем снимать, меня посадят!» — разочарованно воскликнул режиссер. Она была идеальной. Тонкий профиль, эти огромные раскосые глаза, наивность и одновременно так много женственности, именно то, что он так долго искал. Но тринадцатилетняя актриса не может играть любовные сцены, на роль Бэлы в киноленте «Герой нашего времени» Додо Чоговадзе не взяли, хотя режиссер и был в восторге от ее проб.
Она вышла со студии Горького в слезах, мама утешала: «Ну что ты плачешь, подожди немножко, подрастешь, и будут другие роли». Додо кивала и благодарно смотрела на мать, всегда готовую поддержать.
Она родилась в 1951 году в Тбилиси. Отец ее был агрономом, грузином, а мать — русской красавицей, похожей на Аву Гарднер. Им сложно было объясняться, Александр Чоговадзе плохо говорил по-русски, а Ираида Китаева ничего не понимала на грузинском. Но любовь сильнее преград. Додо родилась в большой любви. Тоненькая девочка пускалась в пляс при каждой возможности, и ее отдали в хореографическое училище.
Туда часто приезжали ассистенты режиссеров с разных киностудий, искали детей для массовки и на небольшие роли. Уже в пять лет Додо сыграла эпизодическую роль в фильме «Манана», блестяще выступала в школьных спектаклях, а в десять опять попала на киностудию, ее пригласили на главную роль в фильме «Маленькие рыцари».
А уж когда Додо пригласили в Москву попробоваться на роль Бэлы для киноленты «Герой нашего времени», восторгам не было предела. Поехала девушка, конечно же, с мамой. На студии Горького прошли пробы, и все было прекрасно, но когда режиссер узнал, что Додо всего тринадцать лет, он отказался утвердить ее на роль.
Но карточка и фотографии Додо Чоговадзе на студии остались, и когда Борис Рыцарев искал актрису на роль принцессы Будур для киноленты «Волшебная лампа Алладина», ей прислали приглашение. Прелестная, тонкая, с грацией балерины (не зря она училась хореографии, и ей прочили карьеру в балете), с лицом настоящей восточной принцессы — она идеально подходила на роль. На этот раз на вопрос режиссера про возраст мама Додо чуть слукавила: ей было пятнадцать, но Ираида добавила дочери один год.
Сказочный Багдад снимали на мысе Херсонес. На берегу моря был построен огромный бутафорский город. Затем были павильонные съемки на Ялтинской киностудии. В проекте задействованы были уже всесоюзно известные актеры – Отар Коберидзе, Георгий Милляр, Андрей Файт. И им в партнерши досталась совсем неопытная девочка.
Додо вспоминала, что все ей очень помогали, давали советы, опекали. Для юной актрисы это был целый новый мир. По несколько часов ей наносили грим, добиваясь идеала, однажды Милляр зашел в гримерную, где готовилась Додо, и схватил со столика пузырек с одеколоном. Когда он выпил его залпом, Додо решила, что это шутка такая, только потом ей объяснили, что актер в депрессии и группа прячет от него спиртные напитки.
*
Одним из неожиданных партнеров Додо по съемкам оказалась лань Маечка. Девушка кормила ее с руки, и животное ходило за ней хвостом. Борис Быстров, исполнивший роль Алладина, взял над Додо опеку: провожал ее в школу (пришлось пойти на вечернее отделение, так как съемки не удалось закончить в летние месяцы) и встречал с занятий, следил, чтобы хулиганы не приставали.
В одной из сцен им необходимо было поцеловаться, но пятнадцатилетняя Додо ужасно стеснялась и не умела этого сделать. В конце концов поцелуй только обозначили, сняв вуаль.
Последний день съемок совпал с шестнадцатым днем рождения Додо. В гостинице группа накрыла стол, и именинница получила чудесные подарки. Среди них особенно ей запомнились бордового цвета австрийские туфельки на каблуках, жуткий дефицит. А вот шампанского девушке пить не разрешили, сказали — когда получишь паспорт.
После выхода «Волшебной лампы Алладина» на экраны, Додо Чоговадзе что называется «проснулась знаменитой». Со всех концов страны к ней летели письма с признаниями любви, даже из тюрем, где показывали фильм. Однажды на пороге квартиры появился взрослый мужчина, просил руки Додо, говорил, что ради нее разведется с женой. Маме пришлось вытолкать непрошенного жениха за дверь.
Однако в жизни девушки ничего не изменилось, вернувшись в Тбилиси, Додо продолжала заниматься в хореографическом училище, закончила его с красным дипломом и поступила в труппу Театра оперы и балета имени Палиашвили, а через год уехала в Ленинград учиться на балетмейстера. Но мечтала она теперь не танцевать, а сниматься в кино и дальше. Она получила актерское образование в Тбилисском театральном университете и стала играть в театре.
Режиссер Рыцарев, прощаясь, обещал своей принцессе Будур, что снимет ее в «Аэлите» и в «Русалочке», очень просил не растрачивать талант и не соглашаться на предложения других режиссеров. Это напутствие сыграло в карьере начинающей актрисы роковую роль. Проекты Бориса Рыцарева по разным причинам откладывались, а Додо несколько раз отказала именитым грузинским режиссерам, и больше они уже не предлагали ей ролей.
Она рано вышла замуж за коллегу по Театру опер и балета Давида Шушанина. Но отношения эти были болезненными. Муж оказался патологически ревнив и видел угрозу везде. Когда он видел, как во время спектакля, где Додо играла Офелию, Гамлет обнимал ее, устраивал потом громкие скандалы.
Додо объясняла, что так нужно по роли, Офелия должна смотреть на Гамлета влюбленными глазами, но каждый раз все повторялось. Дато, как называли Давида в семье, требовал, чтобы она ушла из театра, осела дома, готовила ему, занималась хозяйством, рожала детей. У них была общая дочь Нино, но расстаться с театром, с мечтой, Додо не хотела.
Через десять лет брака она подала на развод: «Я не хотела становиться его рабыней». Дато еще часто приезжал к ней, уговаривал вернуться, даже увозил силой, а потом Додо узнала, что ее бывший муж женился, и вздохнула спокойно.
В большом кино Додо Чоговадзе появилась еще один и последний раз (или: еще раз, и это был последний раз) в возрасте тридцати лет. Она сыграла роль грузинской летчицы Софико в военной драме «В небе «ночные ведьмы»».
Годы спустя Додо с сожалением говорила: «Нужно было разводиться раньше», ведь из театра и из кино она ушла из-за мужа, о чем много жалела потом.
Сейчас прекрасной и неповторимой принцессе Будур уже семьдесят четыре года, и она до сих пор преподает ритмику на кафедре сценического движения Тбилисского театрального университета.
