А знаете ли вы: скандальный финансист Джеффри Эпштейн по молодости начинал свою карьеру как простой учитель математики. Ну не слишком простой — в элитной частной школе Дальтон.
Одной из лучших в Нью-Йорке далеких 1970-х годов, где учились сплошь детки из зажиточных семей города. К примеру, тут училась Пруденс Мердок, дочь богатейшего американского медиамагната Руперта Мердока.
В школу ту 21-летний Эпштейн преподавать математику попал в 1974-м году. И чисто случайно, так как не имел специального образования. Однако директор школы Барр очень любил вот таких вот считавшихся неординарными людей с необычными взглядами на жизнь… И нанимал их на работу даже без диплома учителя.
Однако уже тут в школе казался Эпштейн крайне странной личностью. Журналисты и исследователи темных страниц биографии миллионера уверены: еще тогда этого монстра вполне можно было остановить. Однако руководство школы банально Эпштейна проморгало, как говорится.
- Он разгуливал по школьным коридорам в шубе и золотых цепях, в рубахе, расстегнутой от груди до пупа. Явно пытался так привлечь внимание девчонок-школьниц,- вспоминал бывший ученик Эпштейна Скотт Спизер.
Тогда же Эпштейн, вообще-то учитель, без спросу заявлялся на домашние вечеринки старшеклассников. И лихо зажигал со школьницами на школьных дискотеках. Пошел слушок, что Джеффри уже оказывает кому-то из девчонок повышенные знаки внимания, заигрывает с ними. Берет за руки, смотрит в глаза, задает пикантные вопросы личного характера.
Эпштейн обожал проводить почти все школьное время с девочками. Старался выступать как добрый друг-приятель, а вовсе не суровый преподаватель. Вызывался дополнительно обучать отстававших школьниц точным наукам. Вместе с ними по собственной инициативе принимал активное участие в рисовании стенгазеты, постановке мюзиклов. При том, что как учитель математики вовсе не должен был такими внеклассными делами заниматься.
- Я тогда едва пережила развод родителей, и мне было очень тяжело, — вспоминала бывшая ученица Эпштейна Лесли Китцигер. — С мистером Эпштейном же было очень легко — он всегда выслушивал меня, старался трогательно заботиться. Очень любил оставаться со мною в классе один на один после уроков, беседовать по душам. Я делилась с ним всем самым сокровенным.
А вот другая его ученица Миллисент Янг спустя годы в интервью отмечала:
- Он вовсю флиртовал с девчонками, брал за руки, отпускал пошлые штучки, от которых мы краснели. Некоторые ученицы пошли жаловаться директору на Эпштейна, но тот лишь отмахивался: мол, мистер Джеффри просто личность неординарная, ему все простительно за его безупречное знание математики с физикой…
Но понятное дело, если б администрация школы еще тогда, в 1970-е, обратила бы внимание на странный и опасный интерес уже взрослого учителя к юным ученицам, то его вполне можно было б остановить…
Однако все ограничилось для Эпштейна лишь увольнением спустя два года. Причем выкинули его с очень странной расплывчатой формулировкой: за крайне плохие результаты в обучении учеников.
- Ему, казалось, было вообще откровенно плевать на преподавание и нашу успеваемость, — вспоминала Миллисент Янг. — Он вообще мог просто целый урок проболтать с нами, ничего из предмета не рассказать. И просто потом поставить всем пятерки. Особой добротой к школьницам вообще отличался: девчонок почти никогда не спрашивал на тему предмета. Мы его и как учителя-то еще не воспринимали: он был ненамного старше нас.
Возможно, Джеффри убрали из школы под негласным давлением возмущенных влиятельных родителей его учениц. Но без шуму и пыли, без лишнего скандала для престижного учебного заведения. Явно не требовался скандал и состоятельным родителям учеников: немедля бы заинтересовалась пресса — что тут с вашими дочерями-то делали?
Между тем, именно в этой элитной школе Далтона Джеффри завел многие ценные контакты среди сливок Нью-Йоркского общества, что вскоре вознесут его на вершину финансового мира Америки. И наконец позволят состояться как то самое ужасное чудовище, печально известное на весь крещенный мир…
А ведь могло б руководство обратиться в полицию, к психологам. Провести суровую внутреннюю проверку, что, возможно, навсегда отбила бы у Джеффри охоту к совсем юным девочкам. Как считаете, помогло бы?
