Она блистала на балах, носила тиары стоимостью в сотни тысяч, и считалась первой красавицей империи и меняла наряди по тр ираза за вечер Но однажды великая княгиня Елизавета Федоровна взяла в руки ларец с фамильными драгоценностями и произнесла фразу, которая много лет спустя будет звучать как приговор целой эпохе…
«Мне это больше не нужно», — решительно произнесла великая княгиня, передавая ювелиру ларец с драгоценностями самой изысканной работы. Были здесь и старинные камни, и совершенно уникальные произведения искусства.
— Вы уверены, ваша светлость? Потом будет не вернуть. Быть может, вы хотите, чтобы я отложил продажу на некоторое время?
— Решение мое твердо и окончательно, — сказала, как отрезала.
Взамен Елизавета Федоровна хотела получить деньги, но не для того, чтобы прожить их или вложить с целью получения выгоды.
После смерти супруга великая княгиня намерена была совершенно изменить свою жизнь. Немецкая принцесса Елизавета Гессен-Дармштадтская вышла замуж за великого князя Сергея Александровича Романова по большой любви и вопреки советам своей бабушки королевы Виктории. Она чувствовала, что только рядом с ним может быть счастлива, и на новой родине открыла для себя православие, став в крещении Елизаветой Федоровной. Отношения их не были простыми, детей у супругов не было, но они взяли на воспитание племянников великого князя — Марию и Дмитрия.
4 февраля 1905 года великий князь Сергей Александрович был убит террористами. Елизавета Федоровна после этой трагедии еще глубже погрузилась в религию и обратилась в поисках утешения к делам милосердия. Она лично посещала убийцу своего мужа в тюрьме и простила его, даже подала прошение о помиловании.
После положенного траура она облачилась в монашеское одеяние и распродала все свои драгоценности.
А ведь когда-то она меняла наряды трижды за вечер, блистала на балах и вечерах и слыла самой красивой женщиной Российской империи. Этот титул присваивали то ей, то княгине Зинаиде Юсуповой, и обе несли свою красоту как крест. Эти две женщины были близкими подругами и оставались верны друг другу до конца.
Но теперь Елизавете Федоровне требовались средства, и большие. Она задумала основать Марфо-Мариинскую обитель, а кроме того, за свой счет содержала медицинский поезд и множество благотворительных организаций. Ту часть исторических драгоценностей Романовых, что принадлежала ей как супруге великого князя, она вернула в казну, большую часть бриллиантов продала, а кое-что передала своим родственникам в Гессене, возможно в обмен на пожертвования на ее дела. Отдельные предметы уникальной ювелирной коллекции великой княгини Елизаветы Федоровны она передала в подарок своей воспитаннице, Марии Павловне (младшей). Но обо всем по порядку.
Я предлагаю сегодня заглянуть в драгоценную шкатулку великой княгини Елизаветы Федоровны и узнать, с чем не пожалела расстаться эта благородная дама.
Бриллиантовое приданое
Когда великие князья женились на заграничных принцессах, те получали от императорского двора так называемое бриллиантовое приданое. Оно было строго регламентировано в зависимости от положения в очереди престолонаследования, но всегда было роскошным.
Став женой великого князя, брата тогдашнего императора Александра III, принцесса Элла, как называли ее в семье, получила положенный ей набор. Точного списка не сохранилось, но можно не сомневаться: это были предметы лучшей работы и большой цены.
Я осмелюсь предположить, что тиара «Бахрома», которую Елизавета Федоровна часто носила как ожерелье (другой популярный и модный способ в то время — бриллиантовые лучи нашивали на кокошник придворного платья), входила в состав этого бриллиантового приданого. Подобные тиары получали почти все жены великих князей и дочери императоров.
Позже Елизавета Федоровна вернула в казну все предметы, полученные ею от бриллиантового кабинета.
Ожерелье-ривьера
В качестве свадебного подарка великая княгиня получила от Романовых трехъярусное ожерелье из идеально подобранных бриллиантов, соединенных так, чтобы крепления были не заметны. Этот тип ожерелий называли ривьера, и они были крайне популярны в XIX столетии и в начале XX века.
Бриллиантовая цепь
Ожерелье из бриллиантовых звеньев Елизавета Федоровна получила в подарок от своего супруга. Носила она это украшение не только на шее, но и в качестве корсажного украшения.
Это ожерелье представляло для великой княгини памятную ценность, и продать его она не решилась, подарив своей воспитаннице Марии Павловне.
Судьба Марии Павловны
Мария Павловна вместе с младшим братом Дмитрием воспитывались в семье Эллы и Сергея, поскольку их родной отец, великий князь Павел Александрович, вступил в морганатический брак и был изгнан Николаем II из страны. Собственных детей у Елизаветы Федоровны не было, и племянников мужа она воспитывала в строгой традиции, уделяя им, по воспоминаниям Марии, мало душевного тепла.
Великая княгиня даже ревновала мужа к этим детям, переживая, что сама не может родить. Но все же она не была злой мачехой: ее и саму воспитывали в подобной манере, а потому другого она просто не знала. Елизавета Федоровна принимала живое участие в судьбе своих воспитанников, а после смерти Сергея Александровича просила у Марии и Дмитрия прощения за свою ревность.
Судьба самой Марии Павловны сложилась трагически — как и у многих Романовых, оказавшихся в изгнании. После революции ей чудом удалось бежать из России. Часть драгоценностей, включая подарки Елизаветы Федоровны, она предусмотрительно переслала в Швецию еще до отъезда из Петрограда.
В эмиграции Мария оказалась в тяжелейшем финансовом положении. Как и другие Романовы, она рассчитывала, что изгнание будет недолгим, и надеялась жить на средства от продажи украшений.
Но рынок был переполнен русскими драгоценностями, которые продавались за бесценок — европейские ювелиры вступали в сговор и не поднимали цену на торгах. Мария Павловна была вынуждена распродать практически всё, что у неё было. Вырученных денег едва хватало на жизнь.
Чтобы выжить, великая княгиня освоила ремесло вышивальщицы. Её работой заинтересовалась сама Коко Шанель — не из сентиментальности, а из-за качества и выгодной цены.
Шанель давала Марии заказы, и на первые гонорары княгиня купила швейную машинку, сняла маленькое помещение и начала обучать других безработных русских девушек. Она вспоминала, что от усталости часто засыпала прямо за машинкой, не в силах добраться до дома. Так бывшая великая княгиня, которой когда-то принадлежали легендарные изумруды, начала новую жизнь в эмиграции с нуля.
Изумрудно-бриллиантовая парюра
Изумительная тиара с крупными изумрудами и геометрическим узором из бриллиантов — один из самых ценных предметов в коллекции великой княгини. Изумруды были подарены ей Сергеем Александровичем, и это были очень старинные камни, еще екатерининских времен.
Изумрудную парюру изготовил придворный ювелир Болин из изумрудов, ранее принадлежавших императрице Марии Александровне и завещанных сыну Сергею. Парюра состояла из крупных изумрудов-кабошонов, ожерелья и корсажного украшения.
Иногда Елизавета носила их как украшение кокошника или пуговицы; потом для нее была заказана у Болина тиара-кокошник. Тиара-кокошник представляла собой семь изумрудов-кабошонов, окруженных бриллиантовыми узорами из геометрических фигур и крошечных ландышей.
Куда исчезло легендарное ожерелье? Следы ведут в Европу…
*
Эта тиара не была продана. Вместе с изумительным ожерельем тиара составляла парюру. Елизавета Федоровна передала парюру Марии Павловне в качестве подарка к свадьбе со шведским принцем. В будущем Мария Павловна вынуждена была продать и эту тиару: ее приобрел сербский король Александр, чтобы подарить ее своей невесте, принцессе Марии Румынской.
Сегодня тиара принадлежит дому Van Cleef & Arpels, и её иногда можно увидеть на выставках — она выглядит так же изящно, как и сто лет назад. А вот судьба ожерелья до сих пор неизвестна.
Корсажное украшение с изумрудами
Это большое изумрудно-бриллиантовое devant de corsage представляет собой тройной каскад изумрудов-кабошонов грушевидной формы. Это поистине царское украшение стало свадебным подарком Елизавете Федоровне от княгини Зинаиды Ивановны Юсуповой.
Великая княгиня решилась продать его, причем на торги оно выставлено было не в России, а в Париже и так попало к турецкому султану. В 1911 году драгоценность еще раз оказалась на аукционе, покупатель пожелал остаться неизвестным.
Рубиновая парюра
Комплект, состоящий из бриллиантовой тиары-венка с 18 рубинами, ожерелья из 39 рубинов, сережек из четырех рубинов и броши-корсажа из двух рубинов, был частью ее ювелирной коллекции, которая всегда должна была оставаться у Романовых. Первой владелицей этих украшений была императрица Мария Александровна. Император Николай I купил их для нее у придворного ювелира Кеммерера в октябре 1840 года. Стоимость рубинового комплекта тогда составляла 59 773 рубля.
Отношения Марии Александровны с ее пятым сыном, великим князем Сергеем, были особенными. Вскоре после смерти матери он написал: «Всё святое и лучшее, что у меня было, я потерял в ней. Вся моя любовь, моя единственная сильная любовь, принадлежала ей». В завещании императрицы говорилось, что рубиновый гарнитур должен «перейти в семью моего сына Сергея к его старшему потомку мужского пола. А если у него не будет потомства, то наследовать его должен старший потомок мужского пола в семье ближайших его братьев».
Чтобы выполнить условия завещания свекрови, бездетная вдова великого князя Сергея была обязана передать рубиновый венок-тиару и соответствующие украшения великому князю Дмитрию Павловичу (брату Марии). Однако вряд ли ему удалось сохранить эти драгоценности после русской революции. Сейчас рубиновый гарнитур считается утерянным.
Аквамариновая парюра
Аквамариновая парюра, состоящая из тиары, ожерелья, браслета и пары серег, оказалась у её родного брата, герцога Эрнста Людвига. Не могу точно сказать, была ли она продана ему или герцог получил эту парюру в подарок от сестры, возможно, в обмен на пожертвование на её благотворительные дела.
Великий герцог Людвиг подарил парюру своей родственнице принцессе Доротее Гессен-Кассельской на свадьбу 1 апреля 1959 года.
10 октября 1996 года её продали на аукционе Sotheby’s. После этого тиара появлялась на одном из показов дома Versace в 1997 году.
Бриллиантовый эгрет
Очень модными в начале XX столетия были эгреты. Это украшение для прически можно было дополнить перьями или носить как брошь. У Елизаветы Федоровны тоже был эгрет; на портретах и фотографиях можно проследить, что носила она его разными способами.
Бриллиантовая тиара
Среди драгоценностей великой княгини была бриллиантовая тиара изящной работы: тонкое переплетение линий создает ощущение драгоценной ажурной решетки. Судьба этой тиары неизвестна.
Я постаралась собрать для вас максимально много информации о самых заметных драгоценностях из ювелирной коллекции великой княгини Елизаветы Федоровны. Конечно же, ей принадлежало гораздо большее количество ювелирных изделий, судьбу которых теперь проследить не представляется возможным.
Все вырученные с продажи своих драгоценностей средства Елизавета Федоровна пустила на дела благотворительности и милосердия. Ею была приобретена земля и основана Марфо-Мариинская обитель в Москве. В обители были созданы больница, амбулатория, аптека, где часть лекарств выдавали бесплатно, приют, бесплатная столовая и еще множество учреждений. Сама великая княгиня поселилась здесь же и вела жизнь скромную и нередко сама выполняла тяжелую работу.
Марфо-Мариинская обитель сегодня
Марфо-Мариинская обитель милосердия в Москве действует до сих пор и находится на Большой Ордынке. Это не просто музей, а действующий монастырь, где продолжаются традиции, заложенные Елизаветой Федоровной. На территории находится дом-музей преподобномученицы великой княгини, где можно узнать подробнее о её жизни и подвиге. Атмосфера там удивительная — тишина, покой и ощущение, что дух великой княгини до сих пор живет в этих стенах.
Канонизация
Жизненный подвиг Елизаветы Федоровны был официально признан церковью. В ночь на 18 июля 1918 года великую княгиню вместе с другими узниками сбросили в старую шахту под Алапаевском. По свидетельствам, она упала не на дно, а на уступ внутри шахты. Даже там из последних сил она перевязывала раны своих друзей апостольником и пела молитвы.
В 1992 году на Архиерейском соборе Русской православной церкви она была причислена к лику святых в Соборе новомучеников и исповедников Российских. День памяти святой преподобномученицы Елизаветы Федоровны отмечается 18 июля. Её святые мощи покоятся в храме святой Марии Магдалины в Гефсимании (Иерусалим).
Конец ее жизни был печальным, но память о ней осталась на века. Она могла бы остаться в истории как «самая красивая женщина империи». Но Елизавета Федоровна выбрала другой путь — путь служения, милосердия и святости. Её драгоценности разлетелись по миру: одни украшают музеи и частные коллекции, другие бесследно исчезли. Но главное сокровище княгини — память о её подвиге — осталось с нами.
