СМИ давно задаются вопросом — а почему это, вот интересно, Меган и Гарри выпускают злобные комментарии на все «исследования» Тома Бауэра, но в суд не идут. Они назвали его одержимым вруном фактически, но исков нет. Получается, Том Бауэр — человек, который может заставить Меган Маркл молчать. Не адвокаты, не службы безопасности и даже не королевские консультанты.
Ветеран-биограф, специализирующийся на королевской семье, в очередной книге, якобы, назвал имена врачей, которые, по его данным, принимали роды у герцогини Сассекской. А еще он упорно намекает на то, что только один из пары герцогов родитель Арчи и Лилибет. Это Гарри. Но Меган молчит.
Для женщины, которая судилась с бульварной прессой из-за публикации личного письма к отцу, разослала юристов на все континенты за кадры с дронов и угрожала исками бывшим друзьям за интервью, отсутствие реакции на разглашение медицинских данных выглядит… неловко. Слишком неловко, чтобы быть случайностью. Или у нее просто нет на это оснований?
Гарри — отец, Меган…
У Тома Бауэра очень интересная стилистика написания книг. Хотя этот прием используют и другие королевские эксперты. Если он говорит о детях Сассекских, большинство формулировок звучит так:
«Harry’s son Archie»
«Harry’s daughter Lilibet»
«the birth of Harry’s son»
Это что касается рождения детей. Меган, как мать, он упоминает только в том случае, когда говорит о контроле и принятии решений относительно детей. Он не говорит прямо о суррогатной матери, например. Но упорно использует вот эти «сын Гарри» в книге. Можно прийти к выводу, что он уверен — биологически Меган не мать Арчи и Лилибет. То есть она даже не смогла стать донором для суррогатной матери? Но она мать. Юридически — да. Она почти всегда принимает ключевые решения относительно их будущего.
Смотрите сами как все интересно распределено:
- «Harry’s son» — когда хочет показать, что ребёнок формально принадлежит к линии Гарри (титулы, наследование);
- «Meghan’s reaction / Meghan decided / Meghan insisted» — когда описывает, кто принимал решения. То есть активно участвует уже после рождения детей.
Таким образом создаётся впечатление, что дети Гарри, а Меган — управляющая или контролирующая фигура.
Уже ставший «классическим» пример контроля Меган.
«Сразу после рождения сына Гарри Томас Вудкок, главный герольд ордена Подвязки, навестил его, чтобы обсудить титул Арчи. Мальчик, объяснил Вудкок, автоматически станет графом Дамбартоном, поскольку после женитьбы на Меган Гарри получил титул графа Дамбартона. Меган также автоматически стала графиней Дамбартон.
«Ни за что!» — воскликнула Меган. — «Мой сын не будет называться Глупым!»»
Вряд ли сам Гарри посмотрел бы на титул в этой точки зрения. Но не американка Меган.
Новые теории заговора
А сейчас в прессе начали проскакивать даже сомнения в юридической стороне материнства. Где Арчи? Почему сейчас на фото Меган только Лилибет? Мальчик — сын Гарри, но не оформлен на пару юридически и его мама запретила съемки? Это было бы странно — неужели пара не подумала о том, что это может случиться?
Есть и более интересные варианты — Арчи живет в Лондоне с мамой (биологической). Якобы похожего мальчика часто видят в конкретном районе города. И, якобы, именно Гарри настоял на том, чтобы перестать показывать сына в самых разных рекламных роликах и на фото.
Арчи — сын и наследник (титула, видимо). А что с Лилибет? Все это, конечно, из области «интернет следствия, которое на 100 % правдиво». Но, как обычно бывает, какое-то зерно рациональности в этом есть. Ну а у Бауэра такой вот стиль повествования «на грани» — намеки, за которые подать в суд просто невозможно. Но их все считывают правильно.
HIPAA — это не просто аббревиатура
Теперь что касается разглашения медицинской тайны в книге. В США действует федеральный закон о переносимости и подотчётности медицинской страховки (HIPAA). Одна из его ключевых функций — защита информации о пациенте (Protected Health Information, PHI). Под это определение попадают не только диагнозы, но и любые данные, которые позволяют идентифицировать человека в связке с его лечением.
Имена врачей, которые вели беременность или принимали роды у публичной персоны, — это именно такой случай. Прямое попадание. Разглашение без письменного согласия пациента — основание для гражданского иска, штрафов и, в отдельных случаях, уголовных дел.
Том Бауэр, выпустивший новую книгу «Betrayal: Power, Deceit and the Fight for the Future of the Royal Family», назвал медицинские учреждения (Portland Hospital в Лондоне для Арчи и Santa Barbara Cottage Hospital для Лилибет), но и конкретных врачей? Нет, он их не называл, хотя в интернете говорят об обратном.
Имена, которые часто приписывают книге:
- Dr. Melissa Drake (акушер-гинеколог из Санта-Барбары);
- Dr. Gowri Motha (британский специалист по беременности и родам).
Но это лишь вбросы от других «расследователей», которым не дает покоя слава Бауэра. Думается, что если бы хоть одно имя было названо, в суд тут же полетели адвокаты Сассекских.
Дети-фантомы и странная история родов
Бауэр снова поднимает тему странных родов. Вокруг появления на свет Арчи и Лилибет с самого начала было больше недомолвок, чем фактов. Отсутствие традиционного для британской королевской семьи объявления с указанием врачей и госпиталя заранее.
Отказ от немедленного выхода к прессе. Сдвигающиеся даты, противоречивые сообщения о том, кто именно присутствовал на родах. В случае с Арчи (2019) — рождение объявили с задержкой, после чего пара долго не показывалась на публике. В случае с Лилибет (2021) — аналогичная схема в Калифорнии.
Том Бауэр, как до него леди Колин Кэмпбелл и ряд других авторов, работающих с документальными источниками, указывал на отсутствие стандартных медицинских подтверждений, временные аномалии и недостающие элементы в официальной нарративной цепочке. Вопросы о суррогатном материнстве, которые герцоги называли «теориями заговора», возникли не на пустом месте — они стали следствием информационного вакуума, который пара создавала сама.
Что говорят адвокаты (и чего не говорят)
Эксперты по медицинскому праву в США подтверждают: для инициирования расследования по HIPAA достаточно жалобы пациента в Департамент здравоохранения и социальных служб. Меган Маркл, как гражданка США, родившая (или заявившая о рождении) Лилибет на американской территории, имеет на это полное право. Заявления в суд также возможны в рамках гражданского судопроизводства.
Ни того, ни другого не последовало.
Представители Сассекских ограничились стандартной формулировкой, назвав работу Бауэра «безумной конспирологией и мелодрамой». С точки зрения юридической стратегии это правильный выбор. Если информация ложная и нарушает закон, логично бить процессуально, а не медийно. Но оснований нет. Для юристов, но не для тех, кто хочет медийного шторма от герцогов.
Один из бывших сотрудников королевского двора, знакомый с предыдущими юридическими кампаниями Сассекских, заметил:
«Они готовы подать в суд из-за неправильно истолкованной истории про томатный сок или примерки платья цветочниц. Но когда именитый автор делает подобные намеки, связанных с самыми чувствительными „медицинскими“ моментами — тишина. Либо информация уже находится в публичном поле в каком-то виде, с которым они ничего не могут сделать, либо — и это ядерный вариант — Меган тихо сотрудничала с частью исследований, чтобы влиять на нарратив. Ни один из вариантов не выглядит для неё выигрышным»
Снова теории заговоров.
Почему Бауэр — особый случай
Том Бауэр известен тем, что не проиграл ни одного крупного иска о клевете за свою карьеру. Его методология — документы, интервью с непосредственными участниками событий, фиксация противоречий в публичных заявлениях. В ответ на гневные пресс-релизы Archewell он неизменно отвечал, что стоит за каждым словом и располагает доказательствами.
Если в книге когда-то будут названы имена врачей, значит эти данные получены из верифицируемых источников: медицинских записей (в той мере, в какой они доступны), опросов персонала или документации, которая при потенциальном судебном разбирательстве всплывёт в ходе процедуры раскрытия доказательств (Discovery). Ну или, в плане бреда, — Меган или Гарри сами дадут разрешение на разглашение информации.
Discovery — это то, чего Сассекские систематически избегают с момента переезда в США. В отличие от британских судов, где истцы могут ограничивать объём раскрываемых материалов, американская система гражданского судопроизводства требует взаимного обмена документами. Для пары, построившей бренд на контроле информации, участие в таком процессе — риск, который до сих пор перевешивал потенциальные выгоды от исков. И Бауэр это знает. Подготовка любой его книги состоит из нескольких этапов — написание, редактура, проверка на юридическую безопасность.
Ловушка для Меган
Меган Маркл строит карьеру в США после ухода из королевской семьи на трёх китах:
- статус жертвы системной травли;
- бескомпромиссная защита приватности;
- право самостоятельно рассказывать историю своей семьи. Интервью Опре Уинфри, документальный сериал для Netflix, подкаст для Spotify — все эти проекты продавались под лозунгом «впервые мы говорим правду о том, что на самом деле происходило».
Она абсолютно точно не упустит возможности пойти в суд, если Бауэр (или кто-то ему подобный) допустит ошибку и выдаст в книге то, чего быть не должно. А сейчас она просто ничего не может сделать — никакой тайны Бауэр не раскрывает. Он делает намеки, указывает направление читателю, но не говорит прямо. И уж тем более не называет имен, понимая — это подсудное дело.
Сторонники герцогини утверждают, что она может выжидать подходящего момента. Противники указывают, что в судебных стратегиях Сассекских никогда не было выжидания — они неслись в суд с адвокатами прямо к открытию в выходной день, вытаскивая судью из отпуска или с больничной койки. Они били на опережение, часто ещё до публикации материалов, с помощью предварительных запретов и писем от юристов. И правы вторые — никакой медицинской тайны Бауэр не раскрыл. Пока.
Уважаю такого автора — он не просто пишет то, что читают, повторяя снова и снова одни факты на разный манер, но и все грамотно подстраховал с юридической точки зрения. Высший класс — королевский.
