-Мадам, поведение вашего мужа возмутительно. Он врывается по утрам в спальню к принцессе, садится к ней на постель, гладит ее по спине, целует. Девочке 14 лет!
-Я думаю, что ничего плохого не происходит. — растерянно ответила потрясенная Екатерина. Она не ожидала от Томаса, что он будет приставать к ее падчерице.
-Я может слишком близко воспринимаю происходящее, но считаю, что вы должны быть в курсе. — продолжала причитать гувернантка. — Она невинное дитя, а он лезет к ней с поцелуями и все это наблюдают служанки. Скоро все обитатели дворца будут знать, что адмирал домогается Елизаветы.
-Помолчите! — воскликнула потерявшая терпение Екатерина. — Я уверена, что это все шутки и вы неправильно их поняли.
-Мадам, поговорите с ними. А еще хочу вас предупредить. Елизавета начинает его воспринимать, как мужчину, который ей нравится. При его появлении она краснеет, а если его нет, то по ней видно, что она ждет его появления.
-Все, уйдите. Я поговорю с ними. — рассержено проговорила Екатерина.
В первую очередь Екатерина направилась к мужу. Он нежно улыбнулся ей.
-А я только о вас думал.
-Милый, нам нужно поговорить. — Екатерина уже успокоилась, вид любящего мужа без всяких слов убедил ее, что гувернантка наговаривает. — Сегодня мадам Эшли сообщила мне, что по утрам вы приходите в спальню Елизаветы и будите ее.
-И что такого? Она ребенок и это наша игра.
-Я тоже так считаю, но что могут подумать люди? К тому же, не забывайте, наша подопечная еще слишком юна и может влюбиться.
-Думаете пробудится кровь ее матери? — усмехнулся Томас.
-Нет, но у нее такой возраст, когда девочки испытывают первую любовь и я не хочу, чтобы вы стали ее объектом воздыханий. Она сестра короля. Помните это!
-Не нагнетайте, Екатерина! Я играю с ней, как если бы она была моей дочерью. Ничего предосудительного в нашем поведении нет. — рассердился Томас.
Хоть муж и разозлился, Екатерина была довольна. Ничего страшного между ним и Елизаветой не происходило.
В конце января 1548 года Екатерина начала себя плохо чувствовать. По началу она решила, что у нее малярия, но потом отметила системность своего недомогания, проявлявшегося в виде слабости и тошноты по утрам. Выждав еще пару недель, она убедилась, что беременна. Это было настоящим чудом!
Трижды она была в браке и ни разу не забеременела. И вот в четвертом браке, когда ей уже 36 лет, она ощутила, что носит ребенка.
Томас Сеймур, услышав радостное известие, был вне себя от счастья. Он окружил жену усиленным вниманием и ее бдительность была усыплена. Екатерина знала, что утренние заходы мужа к Елизавете продолжаются, но закрывала на это глаза, решив, что полностью доверяет им. Периодически гувернантка пыталась донести до нее свое недовольство милордом и Елизаветой, но Екатерина убеждала ее, что все хорошо.
Однажды ночью Екатерине не спалось. Ребенок активно шевелился в животе, у нее была бессонница и она решила прогуляться по коридору. В одной из комнат колокольчиком звенел счастливый смех и слышались негромкие голоса.
Ей показалось, что раздается голос Томаса, она подошла к двери. Звуки затихли, но что-то ее насторожило, поэтому она толкнула дверь вперед. Прямо перед ней в тускло освещенной комнате обнимались муж и падчерица, слившись в страстном поцелуе.
-Что вы делаете? — гневно воскликнула Екатерина.
Елизавета и Томас мгновенно повернули к ней лица.
-Матушка, простите. — голос Елизаветы дрожал от волнения.
-Сейчас же выйдите из комнаты. — осипшим от ярости голосом произнесла Екатерина. — Не нужно мне ваших «матушек». Не желаю вас видеть!
Елизавета тенью выскользнула и остался лишь Томас. В его взгляде читалось раскаяние.
-Простите меня, Екатерина. Я не знаю, что на меня нашло. Мы веселились, дурачились, а потом неожиданно поцеловались. Такого никогда не было, это первый раз.
Екатерину трясло от негодования, но она позволила мужу себя обнять и молча слушала его сбивчивые объяснения. Что ей теперь делать? Уйти от него? Но куда? После брака все ее имущество считалось его владениями. Да и не хотела она никуда уходить, так как очень сильно любила его. Все несчастья в их семье начались из-за Елизаветы, поэтому девчонку нужно было куда-нибудь отослать.
Через несколько дней плачущую Елизавету отослали жить в другое место.
В конце июня 1548 года Екатерина отправилась в замок Садли. Там она ждала наступления родов.
Роды начались 30 августа. Екатерина произвела на свет девочку. Она была немного огорчена, что не сын, так как хотела порадовать мужа мальчиком, но увидев крепкую и здоровую девочку, довольно улыбнулась малышке.
Пришедший Томас ничем не показал своего разочарования. Он подержал девочку на руках, а потом осторожно передал ее повитухе.
-Выбирайте имя, дорогая. — обратился он к жене.
-Давай назовем ее Мэри. В честь принцессы Марии.
-Прекрасно. — одобрил Сеймур.
Хоть роды и были легкими, но его последствия пугали. Екатерина не могла понять почему у нее не останавливается кровотечение. Повитуха ее утешала, что все будет хорошо, но она чувствовала себя плохо. Гораздо хуже, чем до родов. Появилась ужасающая слабость, усиливающаяся с каждым днем. К слабости прибавился жар, рвота и ослабление кишечника.
Приглашенный врач развел руками и словно приговор произнес:
-Родовая горячка.
-Я не хочу умирать. — слабо прошептала Екатерина.
Томас находился с женой до самого конца. 5 сентября Екатерина Парр скончалась. Недолгое счастье оказалось слишком горьким.
