Их редко видели на публике. Всегда безупречно причёсанные, в скромных белых платьях, они держались в тени своей матери, не отходя от неё ни на шаг. «Сонм белых бабочек», — записала Марина Цветаева, увидев однажды дочерей императора Николая II.
«Младшие с распущенными волосами, у одной над высокими бровками золотая челка. Все в одинаковых, больших с изогнутыми полями, мелкодонных белых шляпах, тоже бабочек, вот-вот готовых улететь… За детьми, тоже кивая и тоже улыбаясь, тоже в белом, но не спеша уже, с обаятельной улыбкой на фарфоровом лице Государыня Мария Феодоровна» .
Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия… каждая из них могла бы стать королевой или герцогиней, а потому за жизнью царских дочерей пристально следила европейская пресса. Их портреты печатали в газетах и журналах.
Но что мы знаем о том, как на самом деле воспитывались царские дочери? За фасадом официальных фотографий, где они часто появлялись в одинаковых белых платьях, скрывалась совсем другая жизнь — строгая, аскетичная и далёкая от представлений о беззаботном детстве во дворце.
Аскетизм по-царски: спартанские будни великих княжон
Представление о том, что царские дети росли в роскоши и изнеженности, не имеет ничего общего с реальностью. Воспитание дочерей Николая II было ближе к спартанскому, чем к сказочному. Девушки спали на армейских складных кроватях, по двое в комнате, на жёстких матрацах с тонкими подушками. Мебель в их комнатах была безыскусной, а в быту царила неприхотливость, которую сам император считал важной частью воспитания.
Утро начиналось в восемь часов с молитвы, гимнастики и обязательного холодного обливания. Завтрак был скромным — овсяная каша, обед состоял из чашки бульона и яйца всмятку. Никаких сладостей, никакого мороженого в ежедневном рационе. Любимым лакомством считалась земляника с молоком и сахаром . Игрушки передавались по наследству — младшие дочери играли с тем, что когда-то принадлежало старшим, часто уже поломанным. Их учили ценить и беречь то, что у них есть.
Драгоценности в юности не жаловали. Первый золотый кулон или браслет дарили только к 12–13 годам, а основными подарками были книги, ноты, фарфоровые статуэтки и вазочки.
Одежда: скромность и практичность
Одежда великих княжон была на редкость простой для девочек их статуса. В основе воспитания лежала английская система, на которой особенно настаивала Александра Фёдоровна. В одежде больше всего ценилась не красота, а практичность: дети часто играли в подвижные игры, катались на ослике и много времени проводили на свежем воздухе .
Несмотря на разницу в возрасте, всех девочек одевали в одинаковые наряды. Зачастую платья передавались от старшей дочери к младшей, что было не только экономией, но и воспитательным моментом — девочки учились преемственности и бережному отношению к вещам.
На обратной стороне некоторых предметов гардероба были найдены пометки в виде одной, двух, трёх или четырёх небольших полосок. Исследователи предполагают, что это своеобразные условные обозначения, которые, возможно, делали сами девочки: от старшей к младшей — от одной полоски до четырёх.
Сама императрица подавала пример практичности. Известно, что во время беременности она носила специальное платье, сшитое с учётом возможности увеличения объёма, чтобы не покупать множество нарядов. Английский модный журнал отмечал чрезмерную скромность, казалось бы, не свойственную представителям императорского двора.
Свободное время девочки проводили за рукоделием. «Дети не смогут иметь всё, что им хочется. Они должны учиться отказываться от собственных желаний ради других людей», — часто повторяла императрица . Царевны шили себе рубашки, сами гладили бельё, а когда началась Первая мировая война, вместе с матерью пошли работать в госпиталь, выполняя самую тяжёлую и грязную работу.
Известно несколько случаев, показывающих, какими скромными были царские дочери. Когда в 1903 году вся семья ездила в Дармштадт, девочки с гувернанткой ходили по магазинам. Маленькой Ольге предложили выбрать то, что ей понравится.
Ольга смотрела на игрушки, разложенные на прилавке, наконец выбрала самую маленькую вещицу, какую смогла найти, и сказала очень вежливо: «Спасибо». Тщетно продавцы показывали ей более привлекательные игрушки; она отвечала: «Нет, спасибо; я не хочу». Тогда мисс Игер отвела её в сторону и сказала, что продавцам будет очень грустно, если она не возьмёт больше.
Однажды на Пасху они поехали кататься по Невскому проспекту, и маленькая великая княжна Ольга никак не могла усидеть на месте. «Я говорила с ней, — рассказывает мисс Игер, — пытаясь заставить её сидеть спокойно, но ничего не помогало.
И вдруг она смиренно села, сложив руки перед собой. Через несколько секунд она сказала мне: «Ты видела, там был полицейский?» Я ответила, что всё в порядке и что полиция не будет трогать её. Она ответила: «Но он что-то записывал. Я боялась, что он мог бы написать: «Я видел Ольгу, и она была очень непослушна»». По возвращении домой она всех спрашивала, не приходил ли за ней полицейский.
Мария любила сладкое, и её строго бранили, если брала сладости без спроса. Могли отправить спать без ужина.
Анастасия Николаевна всегда шалила, лазила, пряталась, смешила всех своими выходками, и усмотреть за ней бывало нелегко .
Анна Вырубова вспоминала: «Вспоминаю обед на яхте «Штандарт» в Кронштадте с массой приглашённых. Тогда Великой Княжне Анастасии Николаевне было пять лет. Она незаметно забралась под стол и, как собачка, там ползала: осторожно ущипнет кого-нибудь за ногу, — важный адмирал в Высочайшем присутствии не смеет выразить неудовольствия. Государь, поняв, в чём дело, вытащил её за волосы, и ей жестоко досталось».
Они не были эфимерными созданиями, а обычными детьми, весёлыми и живыми. Но воспитывали их строго и требовали многого.
Религия как основа воспитания
В центре воспитательного процесса стояла вера. Императрица Александра Фёдоровна писала: «Бог впервые приходит к детям через любовь матери, потому что материнская любовь как бы воплощает любовь Бога». Религиозное воспитание она называла самым богатым даром, который родители могут оставить своему ребёнку.
Церковь, молитва, соблюдение постов были неотъемлемой частью повседневной жизни. Священник Афанасий Беляев, исповедовавший детей перед отъездом в Тобольск, был поражён их духовной чистотой. Он вспоминал: «Такое незлобие, смирение, покорность родительской воле, преданность безусловная воле Божией, чистота в помышлениях и полное незнание земной грязи – страстной и греховной – меня привели в изумление».
Взросление в тени наследника
Император Александр III говорил: «Мне нужны здоровые русские дети» . Отчасти из-за этого он был против брака Николая и Александры, опасаясь дурного гена. История показала, что он был прав.
Жизнь четырёх великих княжон была омрачена тем, что они были «заложницами» болезни брата. Цесаревич Алексей страдал гемофилией, и родители, стремясь скрыть его состояние, вели замкнутый образ жизни. Девушки почти не знали светских развлечений вроде балов — они сами придумывали себе игры, ставили театральные постановки, а родители часто присоединялись к ним.
Вдовствующая императрица Мария Фёдоровна возмущалась таким положением, считала, что девушки должны выходить в свет, веселиться и танцевать, учиться общаться с противоположным полом. Но когда она втайне от Александры Фёдоровны устроила для внучек бал, случилась большая ссора.
Их французский учитель Пьер Жильяр, который хорошо знал семью, писал: «Обстоятельства рано приучили всех четырёх довольствоваться самими собой и своею природной веселостью. Как мало молодых девушек без ропота удовольствовалось бы таким образом жизни, лишённым всяких внешних развлечений! Единственную отраду его представляла прелесть тесной семейной жизни, вызывающей в наши дни такое пренебрежение».
Почему княжны не вышли замуж
Ни одна из четырёх дочерей Николая II так и не вышла замуж, хотя Ольге на момент расстрела было 22 года, Татьяне — 21, Марии — 19, а Анастасии — 17. На это было несколько причин.
Ольга — старшая дочь — не раз имела возможность выйти замуж. В 1912 году обсуждалась помолвка с великим князем Дмитрием Павловичем, но Александра Фёдоровна была против из-за его ненависти к Распутину. Позже Дмитрий действительно участвовал в убийстве старца. В 1914 году ей сватался румынский принц Кароль, но Ольга отказалась — она не хотела покидать Россию .
Император не настаивал, хотя вариант династического брака был выгоден. Также рассматривалась кандидатура великого князя Бориса Владимировича, но он был старше Ольги на 18 лет и имел репутацию бонвивана с бурной молодостью. Императрица писала, что не представляет свою дочь в доме, где уже были другие женщины.
Татьяна в 1914 году могла стать женой сербского принца Александра (будущего короля Югославии). Царь согласился рассмотреть этот вопрос, но началась Первая мировая война, и переговоры стали неуместны. С корнетом Дмитрием Маламой, в которого Татьяна влюбилась, работая сестрой милосердия в госпитале, брак был невозможен — он был неровней императорской дочери.
Мария могла стать женой румынского принца Кароля, но Николай II посчитал, что на тот момент она была слишком юна для брака. Кроме того, Кароль уже тогда славился ветреным характером. Мария мечтала о замужестве и детях, но ей было всего 19, когда жизнь оборвалась.
Отчасти Николай II сохранял надежду выдать дочерей за иностранных принцев, чтобы упрочить династические связи. И если Ольга не хотела покидать Россию, то отец, возможно, и не настаивал из любви к старшей дочери. Но у каждой из княжон были свои увлечения, которые родители не поощряли, но и не пресекали слишком строго.
Воспитание царских дочерей было пронизано идеей служения — Богу, Отечеству, семье. Их учили терпеть лишения и невзгоды, ведь это могло понадобиться в их будущей императорской жизни. И эта подготовка не была напрасной — в ссылке, в Тобольске и Екатеринбурге, девушки не сломались духовно. Они сохранили ту самую «покорность родительской воле и преданность безусловную воле Божией», которую отметил священник.
Представление о том, что дочери Николая II были безропотными детьми, не имеет ничего общего с реальностью. Исследования показывают, что по мере взросления их ожидания всё больше расходились с родительскими планами. Ольга, например, мечтала «выйти замуж, жить всегда в деревне летом и зимой, всегда общаться с хорошими людьми и никакой официальности». Кто знает, как сложилась бы их судьба, если бы не страшная ипатьевская ночь.
