— Мама, я буду вести новости! — решительно заявила семилетняя девочка, поправляя на носу огромные очки с толстенными линзами.
За окном маленькой квартиры в недавно ставшем Бишкеком Фрунзе шумел 1995 год. Вокруг гремела эпоха перемен, а в эфире местного киргизского телевидения загоралась новая, никому не известная звезда. Это была Илана Исакжанова, четвертый ребенок в шумной, но невероятно дружной восточной семье.
Папа, статный узбек, смотрел на дочь с отеческой гордостью. А мама, в чьих жилах смешалась горячая украинская, русская и даже капелька еврейской крови, лишь вздыхала, предчувствуя непростую дорогу.
В семь лет Илана стала лицом детской передачи «Светлячок». Это была не просто игра в дикторшу, а настоящая взрослая работа. Правда, платили в девяностые на местном канале специфически.
— Илана, ты отработала месяц, а бюджет у нас, сама понимаешь…, — разводил руками режиссер.
— Значит, снова дарите мне куклу? — прищуривалась будущая звезда.
Так формировался её первый «гонорарный фонд» — комната, заставленная плюшевыми медведями и пластмассовыми пупсами, которые в те голодные годы ценились выше любых купюр.
Бегство от Исакжановой: Петербург, рок-н-ролл и муж в музыкальной колонке
В середине 1990-х ввиду непростых экономических условий семья нашей героини приняла решение перебраться в Россию. В Северную столицу.
Переезд в Санкт-Петербург стал для юной Иланы культурным шоком. Вместо азиатского солнца — вечная серая морось, вместо уютного дворика — гулкие питерские колодцы. Но характер, закаленный в Бишкеке, не дал ей раствориться. Она с головой ушла в творчество: режиссура, актерское мастерство, а по вечерам — прокуренные клубы.
Там, на сцене, она и встретила своего первого мужа — Антона Юрьева. Они вместе играли в рок-группе «АН-2». Это была классическая история питерского андеграунда: много гитарного рева, широкие штаны, абсолютная уверенность в собственной гениальности и совершенно пустой кошелек.
— Твоя фамилия на афише занимает три строчки! — смеялся Антон, пытаясь поцеловать её за кулисами. — Исакжанова! Зритель уснет, пока мы её объявим. Будешь Иланой Юрьевой!
Но фамилия мужа не прижилась. Зато музыка научила её главному — не бояться толпы.
Как попадают к «Пельменям»? Секретный ингредиент — чувство юмора
Москва встретила её не сразу и не ласково. Были кастинги, эпизоды в сериалах, где она играла роковых красоток с двумя репликами, и бесконечные очереди в коридорах телецентра. А потом случился 2012 год.
Илана пришла на очередной кастинг, злая на весь мир и на свои вечно спадающие туфли. В коридоре она буквально столкнулась с огромным, добродушным мужчиной в растянутом свитере. Это был Андрей Рожков.
— Девушка, Вы мне на ногу наступили, — пробасил он. — Но лицо у Вас фактурное. Зайдите, посмотрите, что мы тут творим.
— Я в «Уральские пельмени»? — фыркнула Илана. — Вы же там все мужики, пьете чай и шутите про тещу.
— Мы расширяемся, — хитро улыбнулся Рожков. — Нам нужна женщина, которая не боится быть смешной.
Кстати, о смешном. Вопрос «Как вы попали в шоу?» преследовал её годами. Устав от него, Илана выработала идеальную защиту:
— Через постель, — с абсолютно каменным лицом отвечала она журналистам.
После этой фразы любопытные обычно мгновенно теряли дар речи и просто кивали. А Илана со смехом поясняла:
На самом деле всё было гораздо прозаичнее. Нас, всю творческую группу, заселили в одну екатеринбургскую гостиницу. Условия были спартанскими, и я буквально попала в шоу через кровать — мы там все спали вповалку после тяжелых съемок. Так что «через постель» — это просто маршрут от подушки до сцены.
Дылдина, Диана и оловянная революция
Свое настоящее, но сложное для слуха имя Исакжанова она на время спрятала. На афишах «Пельменей» она значилась просто как Илана. Но бренду нужно было развитие. Илана — это лицо, а фамилия — это судьба.
В 2014 году она официально стала Дылдиной, выйдя замуж за занимающегося медом бизнесмена Дмитрия Дылдина. Это была не голливудская сказка с папарацци, а тихая, крепкая история двух взрослых людей. В 2015 году на свет появилась Диана.
— Знаете, что самое сложное в гастролях? — признается Илана сегодня, сидя в своей уютной московской квартире. — Не перелеты. Не переодевания. А то, что дочь Диана утром спрашивает: «Мам, а ты сегодня домой приедешь?», а я не знаю, что ответить.
Но в начале 2025 года эта история получила неожиданное, почти театральное продолжение. В начале декабря, отметив одиннадцать лет брака, пара решила… пожениться снова.
— Мы отмечали оловянную свадьбу, — смеется Илана. — И Дима вдруг говорит: «А давай еще раз? Для закрепления материала».
Они снова обменялись кольцами. Дмитрий, по словам актрисы, — человек феноменального спокойствия.
— За все одиннадцать лет у него не было ни одного приступа ревности, — с нежностью говорит она. — Он просто очень в себе уверен. Да и я поводов не даю. Зачем мне суетиться, когда дома ждет идеальный мужчина?
Красота, которая работает, и Иисус на сцене
Многие думают, что «Пельмени» — это вершина ее творческой карьеры. Вышел, пошутил про борщ, забрал чемодан денег, ушел. Но Илане всегда было тесно в коробке одного жанра. Она с одинаковым упоением играла в «Маленьком принце» трепетную Розу и орала рок-арии в мюзикле «Иисус Христос — суперзвезда». В спектакле она входила в состав хора и ансамбля — вместе с другими артистами изображала толпу: апостолов, солдат, прохожих нищих.
А её волосы? О, это отдельная сага. Длинные, тяжелые, они живут своей жизнью на сцене.
— Если на меня направить вентилятор, я улечу в зрительный зал быстрее, чем произнесу текст, — шутит актриса.
Понимая, что природа дала ей козырь, Илана превратила его в бизнес. На рынке появилась линия уходовой косметики, где главным ингредиентом была, конечно же, забота о волосах.
За что ей достается в сети
В интернете Илану чаще всего критикуют за попытку оставить амплуа «веселой девчонки из телевизора». Когда в 2025 году она объявила об открытии собственного спа-салона по уходу за волосами на Рублевке, вместо поздравлений артистка получила волну агрессивных комментариев.
Пользователи не стеснялись в выражениях, ставя под сомнение её предпринимательские таланты.
— Понимаю — Ксения Корнева. Ее везде хотят видеть: в сериалах, юмористических программах, ведущей. Она молодец, а Вы, к сожалению, так себе. Вы и рекламируете себя как актрису, и так, и сяк. Ну вот теперь салон, шампунь Ваш — фигня полная, видимо. А еще у Вас ноги как у лошади, — написала одна из подписчиц, сравнив Илану с более успешной, по её мнению, коллегой по шоу.
Илана, обладающая стальным характером, не молчит и не удаляет язвительные комментарии. Она ответила хейтерам в свойственной ей саркастичной манере, обезоружив агрессию спокойствием.
— Называйте как хотите меня, можете даже бить меня, когда меня нет. Не вижу ничего дурного в своем начинании. Очень хорошо, что есть мои посты, где вы можете вылить свою скрытую агрессию. Хорошо, что вы не выливаете ее на своих детей, мужей, людей.
Как отказалась от ислама
Религии своих предков по отцу, исламу, Илана предпочла православие, так как считает себя именно русской. На ее груди можно заметить нательный крестик.
Но аккурат 1 апреля 2024-го, Илана Дылдина опубликовала в своих социальных сетях провокационное заявление, которое мгновенно разделило её аудиторию.
— Я приняла ислам и остаюсь жить в Дубае, — написала артистка, сопроводив пост соответствующей фотографией.
Многие пользователи, привыкшие к её специфичному чувству юмора, быстр поняли, что это очередная острота на День смеха. Однако тон комментариев быстро сменился с недоумения на гнев:
— Нельзя шутить про религию. Странные шутки. Только порадовалась, что ваши провокационные фото останутся в прошлом.
Но Илана остается христианской. И даже вместе с мужем крестила свою дочь.
— Я приняла православие и считаю себя русской, несмотря на многонациональные корни, — прямо заявляет артистка.
Сегодня Илана Дылдина — это не просто «та красивая девушка из телевизора». Это человек, который прошел путь от плюшевых игрушек за работу в киргизском эфире до собственного бренда, не потеряв по дороге ни самоиронии, ни умения быть просто мамой. Она не боится возраста, не боится говорить, что устала, и не стесняется того, что её настоящая фамилия когда-то казалась ей самой слишком сложной для большой сцены.
