О, полиция все же обратила внимание на Томми Маркла. Наконец-то. Опять не ту лошадку Меган поддержала. И так интересно все разворачивается — к сыну масса вопросиков, а отец, похоже, сможет избежать наказания даже в том случае, если его вину докажут (ну мало ли). Потому что…
В юридической практике США существует прекрасное правило (да и в других странах): если ты не можешь внятно объяснить судье, почему ты сидишь на скамье подсудимых без штанов, судить тебя нельзя. Называется это «неспособность предстать перед судом» (incompetency to stand trial).
И пока патриарх семейства осваивает меню для людей с потерей памяти, его старший сын Томас-младший, собиравшийся примерить нимб святого информатора ФБР, обнаружил, что филиппинские наручники сидят на запястьях одинаково плотно — хоть у праведников, хоть у грешников.
Танцуй, пока молодой: как Томас-младший стал «лицом, представляющим интерес»
Земля под ногами Маркла-младшего загорелась в тот самый момент, когда министр внутренних дел Филиппин Джонвик Ремулла официально объявил, что благородный свидетель переходит в принципиально новую лигу. Нет, его пока не назвали полноценным подозреваемым, но официально нарекли «лицом, представляющим интерес» (person of interest).
В юридической практике Филиппин и США между этими двумя статусами лежит тонкая, но очень увлекательная граница:
- Подозреваемый (Suspect): это когда у копов уже есть на руках твои отпечатки пальцев на месте преступления, чек из магазина и запись с камер, как ты уносишь добычу и машешь ручкой в объектив. Тебе официально шьют дело. Подшивают, вернее.
- Лицо, представляющее интерес (Person of Interest): это гораздо тоньше. Официального обвинения тебе ещё не предъявили, но у следствия к тебе накопился такой вагон неудобных бытовых вопросов, что выпустить тебя из страны они просто не имеют права. Ты под колпаком, твои гаджеты потрошит киберполиция, а оперативники сидят на хвосте, пока эксперты ищут, к чему бы придраться. Ну и вопросами мордуют постоянно. И, кстати, в этой ситуации у адвоката гораздо меньше простора для маневра. Ну есть вопросы у правоохранителей к клиенту, дело то громкое. Но нет, мы пока не обвиняем, просто интересно…
А придираться на Филиппинах есть к чему. Оказалось, что пока Томас-младший делал фото на фоне четырех коробок с жесткими дисками и телефонами своего отца, местные жители вовсю давали показания полиции. Та почему-то отказалась верить на слово сыну обвиняемого и пошла работать «на земле». Опросила местных филиппинских бабушек на лавках, ну и соседей, которые все и всегда знают.
Соседи в один голос заявили, что в дом престарелого американца(сына, не отца!) регулярно ходили местные подростки. Обратите внимание — соседи скопом обвиняют наследника этой империи. В речи министра не было «к ним» в дом, именно » к нему» — младшему Томасу. На логичный вопрос следователей:
«Что, собственно, происходило за закрытыми дверями? И зачем они приходили? Своих внуков нет, что ли?»
Маркл-младший выдал шедевр криминальных оправданий. Он заявил, что всего лишь записывал невинные видосики в TikTok с местной детворой.
Филиппинские копы, которые за последние годы насмотрелись на самых разных «инфлюэнсеров» из США, юмора не оценили. В Маниле прекрасно знают, зачем пожилые американские джентльмены переезжают в их скромные края, поэтому версию про «прогрессивного 60-летнего блогера» завернули сразу. И решили, что гаджеты этого тиктокера нужно перетряхнуть с пристрастием. Сейчас киберполиция потрошит личные телефоны Томаса-младшего по полной программе. Что ж, увидим что именно там найдут.
И да, ко всем коробочкам тоже возникли вопросы, как бы таблоиды не лепили виновность Маркла-отца. Томми решил сделать из местных копов статистов в этом спектакле, а они посоветовались и решили забрать себе роль побогаче.
Версия для бедных: зачем на самом деле везли коробки
В сети народную фантазию уже не остановить. Бытовая логика комментаторов разбивает образ «честного свидетеля» в пух и прах. Люди резонно спрашивают: каким образом Томас-младший тащил через океан из Мексики на Филиппины четыре тяжеленные коробки со старыми системниками, проводами и кассетами Duraflame, платил за перевес в аэропортах и якобы ни разу не заглянул внутрь?
Версии в сети две и обе справедливы:
- Банальный шантаж. Все эти коробочки были любовно утрамбованы нужными уликами, которые сын таскал за собой и хранил дома. На всякий случай, чтобы прижать папу одним прекрасным днем. Или Меган, к примеру. А почему бы и нет — просто сказать герцогине, что ославишь отца на весь мир и все. Она раскроет кошелек и счет будет пополняться ежемесячно. А сам блогер будет продолжать снимать видосики. Но что-то у них там пошло не так или, наоборот, все так.
- В деле «оба двое». Второе, кстати, не исключает первое. И сын, и отец во всем этом увязли по самые макушки. Жили вместе, развлекались вместе, архив пополняли вместе. Просто один состарился и выпал из этой всей мерзкой активности. Сынок продолжил активничать один — те самые видео с гостями дома. У соседей, как выясняется, вопросы к нему возникли давно. И в полицию были обращения. Как только к Томасу-младшему возникли вполне осязаемые вопросы у местных органов, наш продюсер поплыл как пломбир на солнцепеке. Он решил сыграть на опережение: прибежал в полицию, вывалил отцовский архив и попытался перевести все стрелки на патриарха, надеясь получить от ФБР пожизненный иммунитет.
Но не подрассчитал — филиппинское правосудие хоть и неторопливое, но очень не любит, когда приезжие устраивают из их трущоб личную съёмочную площадку, прикрываясь заботой о детях.
Папа в домике: амнезия — лучший адвокат
А что же главный виновник торжества, ради поимки которого Томас-младший так усердно закопал сам себя? 82-летний Томас Маркл-старший в это время показал мастер-класс по юридическому выживанию. Ну или повезло, если вообще тут можно рассуждать о везении. Сейчас он в специализированном пансионате в Лейкленде с официальным диагнозом «глубокие нарушения памяти».
И это — самый гениальный процессуальный щит, который можно придумать в США. Американский закон считает: если подсудимый из-за когнитивных расстройств не понимает, в чём его обвиняют, и физически не способен помогать своему адвокату — судить его нельзя (если вообще дошло до суда).
Процесс замораживается навсегда (ну или до момента излечения), а подозреваемый отправляется доживать свой век на принудительное лечение под присмотром сиделок, а не тюремных надзирателей. ФБР не может просто так ворваться в палату к человеку с деменцией — любой суд выкинет такие показания в первую же секунду.
В итоге шестидесятилетний «тиктокер» может остаться у разбитого корыта. Папа ушел в беспамятство по строгому юридическому расписанию, а Томас-младший застрял в Маниле, судорожно вспоминая пароли от своих аккаунтов и ожидая, что именно киберполиция найдет среди массы фотографий на его собственных устройствах.
Надеяться на семейную выручку явно не стоит: отец не просто не пришлет денег на адвокатов — он уже официально не помнит, как зовут его предприимчивого сына. Я бы точно сказала, что впервые вижу этого неопрятного мужика. И никакую Меган я тоже не знаю.
