Так, что. Папа Меган предстал перед судом. Не очень поняла к чему был этот цирк с перевозкой пожилого, тяжелого в буквальном смысле мужчины в суд. Физически. Решить этот вопрос удаленно было никак нельзя? И целая группа сотрудников FBI везла и перетаскивала в фургон человека, которого судья в тот же день отправила обратно под домашний арест — будет там до процесса сидеть строго в пансионате с электронным браслетом.
Пользоваться гаджетами и выходить в сеть запрещено. Ну и экспертизу проведут судебно-психиатрическую. Диагноз у него есть, но степень и возможности уже определит судебный эксперт. На все уйдет несколько недель, так что это история очень долгая.
Истерички и те, кто спокоен
Экстремальные ситуации хороши тем, что мгновенно срывают с людей привычные маски и показывают, у кого внутри настоящий стержень, а кто умеет быть смелым только на страницах собственных мемуаров. В семействе герцогов Сассексов/Марклов обнаружился занятный парадокс: единственным настоящим мужиком со стальными тестикулами нервами в этом доме оказалась семидесятилетняя теща.
Шестого ноября на головы калифорнийских страдальцев официально рухнул потолок. Предположим, что неожиданно. Агенты ФБР приехали во флоридский пансионат, взяли под белы рученьки восьмидесятидвухлетнего папу Меган и предъявили ему федеральное обвинение по самой мерзкой статье УК — с перспективой присесть на двадцать лет за семьдесят восемь улик, найденных на его старых складах в Лос-Анджелесе.
Сама герцогиня тут же притворилась ветошью и велела пиарщикам выдернуть телефонные шнуры из розеток, выключить смартфоны и сказать в почтовом отделении, что таких людей не существует. Зато два близких ей человека — муж Гарри и мама Дория — показались на людях.
И то, какую истеричную суету устроил в Лондоне потомственный принц на фоне олимпийского спокойствия своей тещи в Калифорнии, говорит об этой паре больше любых мемуаров. И это при условии, что Гарри выступал на сцене за день до задержания, а Дорию сфотографировали через пару часов после таких новостей.
Гастролер по вызову: как принц бегает от прессы и борется с телефонами
Давайте сначала полюбуемся на сорокадвухлетнего боевого офицера в отставке. Всю неделю, пока вокруг лос-анджелесских кладовок его тестя сжималось кольцо ФБР, Гарри носился через Атлантику как ошпаренный. В понедельник его замечают в пятизвездочном отеле на Манхэттене, где он проводит какие-то таинственные посиделки.
Несколько дней поклонники гадали — зачем? И вот ларчик открылся. Одновременно с новостями об аресте тестя издание Page Six выкатило еще один болезненный инсайд: после переезда обратно в Великобританию принца Гарри официально понизили в должности в американской компании по ментальному здоровью BetterUp и перевели на второстепенную роль.
Пять лет Гарри числился в этом калифорнийском стартапе главным свадебным генералом — директором по влиянию с огромной зарплатой, которая оставалась одним из последних стабильных источников дохода семьи после потери контрактов со стримингами.
Но стоило принцу перебраться в Англию, а семейству Маркл утонуть в криминальных сводках ФБР, как американские боссы вежливо указали токсичному герцогу на место в заднем ряду. Его срочный бросок в нью-йоркский отель второго ноября — это попытка в пожарном порядке переговорить с американскими юристами и оставшимися спонсорами (пока сама Меган боится даже нос высунуть в сторону США), чтобы не лишиться последних выплат. Но лишился.
А потом Гарри срочно улетел в Лондон
Зачем летел так срочно? Чтобы вечером без всякого предупреждения выскочить из-за кулис на туристической премии в Гринвиче от имени своей конторы Travalyst.
Оцените уровень смелости: приезд принца держали в тайне до последней секунды. Потому что Гарри прекрасно знал — стоит анонсировать его выход заранее, и у дверей колледжа выстроится очередь из репортеров с одним-единственным вопросом про жесткие диски дедушки Томаса. Поэтому принца завезли в зал тайком, как контрабанду, и выпустили перед прикормленной публикой из турбизнеса,.
Но даже в этом стерильном аквариуме у Гарри сдали нервы в первую же минуту. Увидев, что сидящие за столиками гости подняли мобильники, чтобы сфотографировать живого герцога, принц вдруг скривил физиономию и начал с трибуны воспитывать зал: мол, всё, что я перед собой вижу — это сплошные телефоны, ребята, вам же только что предыдущий оратор об этом говорил. Убирайте!
Вы только вдумайтесь в эту комедию. Безработный принц, вся профессия которого последние шесть лет сводится к тому, чтобы торговать лицом перед камерами за гонорары, приезжает на светскую тусовку и начинает дергаться от того, что люди в зале достали смартфоны.
Просто у человека на фоне новостей из ФБР развилась классическая паранойя: в каждом поднятом телефоне ему мерещится репортер, который сейчас включит прямой эфир и спросит про тестя?
Отчитав зрителей за гаджеты, наш борец за экологию с умным видом принялся вещать с бумажки про бережный туризм и спасение планеты. И никого в зале не смутило, что этот главный защитник природы только что за трое суток сгонял на самолете через океан в Нью-Йорк и обратно в Лондон ради пары посиделок в отеле, а через четыре дня летит в Брюссель.
Но это другое — королевский керосин пахнет фиалками. А радиационный форсинг от самолета принца Гарри обладает исключительным «охлаждающим» эффектом для нашей атмосферы.
Мастер-класс шестого ноября: почему Дория никуда не бежит
А теперь перенесемся в следующий день — пятницу, шестое ноября — и посмотрим на человека, у которого этому дерганому принцу стоило бы поучиться держать удар.
Всю неделю королевские инсайдеры наперебой рассказывали сказки о том, что Гарри и Меган в панике отменили американское Рождество и срочно эвакуируют маму Дорию Рэгланд в Британию, чтобы спрятать её от позора в глухом английском флигеле. Но шестого ноября днем, всего через пару часов после того, как все телеканалы США выдали молнию об аресте Томаса Маркла во Флориде, папарацци подловили семидесятилетнюю Дорию прямо у её дома в Лос-Анджелесе.
Ни в какую сырую Англию мама Меган пока не улетела — и, судя по её абсолютному хладнокровию, далеко не факт, что вообще собирается менять калифорнийское солнце на тесную пристройку зятя и дочери.
Хотя казалось бы: земля должна гореть именно под ногами у Дории. В деле ФБР фигурируют два склада в её родном Лос-Анджелесе, которые Томас снимал с две тысячи восьмого года, и свидетель из семидесятых годов — а ведь Дория выходила за Маркла в семьдесят девятом и прожила с ним в этом городе целый десяток лет. Бывшему мужу светит двадцать лет тюрьмы, у крыльца сидят в засаде репортеры. Любая другая на её месте пробиралась к дому на заднем сидении авто, в сам дом ползком и огородами.
Но Дория Рэгланд показала всей своей истеричной родне, как ведут себя взрослые люди. Вышла из черного кроссовера на полном расслабоне: черная футболка, веселенькие леггинсы в цветочек, полосатые носки прямо под сандалии и холщовая сумка с котиками на плече. Увидев направленные на неё камеры папарацци, теща принца не стала прятать лицо, звать охрану или читать лекции о вреде телефонов, как Гарри накануне в Лондоне.
Она просто спокойно помахала фотографам рукой у машины (хотя мне показалось, что она машет соседям — но таблоиды уверяют, что им), забрала свой блокнотик на спирали из машины и пошла домой заниматься своими делами. Никакой суеты и ноль внимания на чужие истерики.
Брюссель ждет Сассексов
Удивительно, как при такой непробиваемой маме у Меган и Гарри каждый выход в люди превращается в нервный срыв. Ведь уже во вторник, десятого ноября, паре предстоит самый нелепый гастрольный выезд в их биографии.
Они летят в Брюссель, чтобы в Европарламенте двадцать минут вещать с трибуны о защите детей в интернете и открывать инсталляцию Lost Screen Memorial, собранную из пятидесяти смартфонов с лицами пострадавших подростков на заблокированных экранах.
Нарочно такую злую сатиру не сочинишь. Пятого ноября принц Гарри лается со зрителями в Лондоне из-за поднятых смартфонов. Шестого ноября ФБР арестовывает дедушку его детей за семьдесят восемь предметов с запрещенными материалами (и суд в тот же день отпускает дементного старика обратно в пансионат до процесса), а филиппинские копы пересчитывают девять изъятых мобильников семейства Маркл. Я не знаю какой должна быть их речь, чтобы хоть кого-то убедить.
Перед выходом на трибуну Европарламента Гарри точно стоит одолжить у тещи Дории её сумку с котиками, лосины и носки с сандаликами — видимо, только на них в этой семье и держится вся мужская выдержка. Ну или просто позабавит публику и все забудут то, о чем хотели спросить.
