В двадцать лет Ваня Дмитриенко оказался в довольно опасной для молодого артиста точке: его песни обсуждают почти так же часто, как девушек рядом с ним. Сегодня достаточно фотографии, случайного жеста или фразы в интервью — и через несколько часов вокруг Дмитриенко уже строят любовную драму с завязкой, виноватыми и разбитыми сердцами.
Фигуристка Камила Валиева, блогер Саша Айс, актриса Анна Пересильд — список выглядит так, будто кто-то специально собирал героинь для молодёжного сериала. Только за всей этой романтической хроникой легко пропустить куда менее глянцевую деталь: Дмитриенко вообще-то не появился в Москве готовой звездой. Он приехал туда подростком, которому ещё предстояло научиться даже нормально играть на гитаре.
Родился Иван Дмитриенко 25 октября 2005 года в Красноярске. Музыка в семье была не чужой: отец играл на гитаре. Мать выбрала совсем другую профессию — работала врачом-психиатром и наркологом. В детстве Ваня занимался в красноярском театре «Этти Детти», осваивал сценическую речь, движение, танцы, вокал. То есть тот случай, когда ребёнок не просто напевает дома перед зеркалом, а довольно рано понимает, что сцена — это работа.
Поворот произошёл после развода родителей. Дмитриенко вместе с матерью перебрался в Москву. Для взрослого человека такой переезд — стресс, а в тринадцать лет столица и вовсе способна выглядеть как огромная машина, которой совершенно безразлично, кем ты собираешься стать.
В Москве рядом появился продюсер Евгений Орлов, заметивший Ваню на фестивале «Поколение Next». Именно он, по рассказам Дмитриенко, подарил ему гитару.
Есть забавная подробность: играть на ней будущая поп-звезда толком не умела.
Вот здесь биография становится интереснее привычного сюжета о «талантливом мальчике, которого сразу заметили». Никто не нажал волшебную кнопку. Гитару пришлось осваивать. Москву — тоже. Попытки прорваться на большую телевизионную сцену закончились совсем не так, как принято писать в красивых историях успеха.
Дмитриенко трижды пытался пройти в «Голос. Дети».
И трижды не прошёл.
Сам артист позже связывал неудачи в том числе с сильным волнением. Можно представить, насколько неприятно подростку возвращаться после такого домой: вокруг телевизионное шоу, красные кресла, огромная аудитория, ощущение единственного шанса — а тебя снова нет среди тех, кого выбрали.
Но именно здесь случилась почти издевательская по отношению к телевизионным правилам вещь. Пока одна дверь перед Дмитриенко закрывалась, он начал строить собственную.
Социальные сети оказались куда менее церемонными.
В творческом объединении «Республика KIDS» Ваня получил среду, знакомства и практику, но настоящий рывок начался в интернете. Он записывал каверы, короткие музыкальные видео и довольно быстро понял механику новой сцены: недостаточно исполнить песню хорошо — нужно сделать так, чтобы человек не пролистнул тебя через две секунды.
Для подростка это было почти профессиональное чутьё. Дмитриенко выбирал популярный материал, следил за тем, что цепляет аудиторию, экспериментировал с подачей. Некоторые его каверы набирали большие просмотры, ими делились даже исполнители оригинальных песен.
Телевидение несколько раз сказало ему «нет». Алгоритмы ответили иначе.
А потом появилась «Венера-Юпитер».
Песня вышла в 2020 году и превратила Дмитриенко из перспективного интернет-артиста в имя, которое внезапно знали даже люди, далёкие от подростковых соцсетей. Простая мелодия, легко запоминающийся припев, романтика без сложных конструкций — композиция попала точно в нерв аудитории.
И дальше события понеслись с той скоростью, при которой у многих артистов просто не успевает сформироваться иммунитет к славе.
В шестнадцать лет Дмитриенко получил «Золотой граммофон». Позже оказался среди молодых музыкантов, замеченных Forbes. Ещё вчера он нервничал на кастингах детского вокального шоу, а теперь его песню крутили радиостанции по всей стране.
В этой истории особенно хороша одна деталь: проигранный кастинг ничего не доказал.
Ни отсутствие таланта. Ни отсутствие будущего. Ни даже ошибку жюри.
Он просто показал, что телевизионный конкурс и реальная карьера — две совершенно разные системы координат.
Но первая большая песня принесла Дмитриенко не только известность. Вместе с миллионами прослушиваний появился образ милого светловолосого подростка, которому очень легко было навсегда застрять в категории «кумир школьниц».
И вот из этой ловушки ему ещё предстояло выбраться.
В какой-то момент Дмитриенко словно понял неприятную вещь: образ, который сделал тебя популярным в шестнадцать, очень легко может похоронить тебя к двадцати.
Платиновые волосы, яркая одежда, подростковая романтика — всё это отлично работало, пока сам артист выглядел частью той же аудитории, которая снимала ролики под «Венеру-Юпитер». Но взрослеть на глазах миллионов — отдельный жанр. Особенно когда публика уже решила, каким именно ты должен оставаться.
Дмитриенко начал менять оболочку довольно резко. Светлые волосы исчезли, вернулся естественный цвет, появилась укладка назад, гардероб стал заметно спокойнее. В этой трансформации участвовал Гоша Рубчинский, предложивший артисту отойти от привычного подросткового образа.
Самое любопытное происходило не с причёской.
Менялись песни.
Вместо почти невесомой романтики первых хитов появились «Шёлк», «Настоящая», «Цветаева» — материал, в котором Дмитриенко уже не пытался звучать мальчиком, впервые обнаружившим любовь. Там появилось больше напряжения, ревности, сомнений, физического ощущения близости. Музыка стала взрослее ровно настолько, чтобы прежняя аудитория не разбежалась, а новая начала присматриваться.
И новая действительно пришла.
В комментариях всё чаще появлялись женщины гораздо старше его первоначальной аудитории. Шутка про билеты на концерт Дмитриенко через «Московское долголетие» разлеталась не просто потому, что была смешной. Она хорошо показывала масштаб перемены: артист, которого ещё недавно автоматически записывали в кумиры школьниц, внезапно перестал принадлежать только школьницам.
Примерно тогда же окончательно закрепился и другой образ — молодого человека, чьи отношения публика рассматривает почти под увеличительным стеклом.
Первые романтические слухи появились ещё раньше. Дмитриенко связывали с Лизой Костякиной из Open Kids. Их общение развивалось практически перед камерой, поэтому зрителям было особенно легко дорисовать историю любви там, где сами участники позднее говорили скорее о дружбе и короткой симпатии.
Потом была Валерия Локтионова, появившаяся в клипе «Венера-Юпитер». Дмитриенко осторожно назвал её человеком «чуть больше, чем давняя подруга», чем практически собственноручно запустил конвейер догадок. Затем девушка отписалась от него в социальных сетях — и для интернета этого оказалось достаточно, чтобы построить ещё несколько версий событий.
Но первой действительно громкой историей стала Саша Айс.
Здесь уже не было ощущения случайного флирта. Дмитриенко добивался блогершу долго, больше года, хотя у неё тогда были отношения. Сам он не особенно скрывал, что пытался завоевать её внимание.
В итоге получилось.
Они начали встречаться, затем стали жить вместе. В публичном пространстве эта пара выглядела почти образцовой для молодой интернет-аудитории: совместный быт, признания, фотографии, музыка. Дмитриенко посвятил Саше песню «Хатико», и на тот момент всё выглядело серьёзнее обычной подростковой интрижки.
Но публичные отношения обладают неприятным свойством: когда любовь заканчивается, зрители никуда не исчезают.
К концу 2024 года пара распалась.
Дмитриенко говорил об этом довольно сдержанно — взросление, изменение взглядов, необходимость по-другому смотреть на отношения. Со стороны Саши история звучала болезненнее. Позднее она не скрывала, что расставание далось тяжело, а когда у бывшего возлюбленного появилась новая девушка, позволила себе довольно прозрачный комментарий о том, чтобы «лирический герой» не разбил сердце очередной малышке.
Такие фразы обычно живут дольше обстоятельств, в которых были сказаны.
Именно после них любой новый роман Дмитриенко публика уже начинала рассматривать не как отдельную историю, а как продолжение предыдущей. Получался почти готовый сюжет: талантливый молодой артист, красивые ухаживания, сильные чувства — и вопрос, чем всё закончится на этот раз.
На этом фоне особенно странно выглядит эпизод с Камилой Валиевой.
В 2022 году Дмитриенко заметили вместе с фигуристкой в Казани. Они гуляли по городу, появились фотографии, на которых молодые люди держались за руки. Интернет мгновенно решил всё за них: роман.
Только момент для подобных слухов был крайне неудачный.
Валиева тогда находилась под чудовищным давлением из-за допингового разбирательства. За каждым её появлением следили журналисты, спортивные чиновники и публика. Любая новая фотография автоматически превращалась в новость.
Дмитриенко позднее признал, что своим появлением рядом сделал ситуацию только хуже.
Его формулировка была жёсткой и довольно редкой для артиста, который мог бы просто спрятаться за словами о неправильной трактовке событий: «Я объективно её подставил».
Он объяснял, что хотел поддержать Камилу, но в результате привлёк к ней дополнительное внимание именно тогда, когда его было и без того слишком много.
При этом романтические отношения с фигуристкой Дмитриенко отрицал.
И здесь остаётся характерная для всей его биографии неопределённость. Фотографии есть. Жесты есть. Слухи есть. Однозначного подтверждения романа — нет.
Пожалуй, именно на истории с Валиевой впервые стало особенно заметно, насколько странной может быть жизнь человека, выросшего внутри публичности. Обычная прогулка двух молодых людей превращается в расследование, рука в руке — в доказательство отношений, молчание — в подтверждение слухов.
А потом в этой истории появляется Анна Пересильд.
И масштаб внимания становится совсем другим.
С Анной Пересильд всё началось не с эффектного признания и даже не с того самого поцелуя, который потом разлетелся по соцсетям.
Дмитриенко пришлось буквально искать подход.
Сначала он вышел на директора актрисы с предложением устроить съёмку. Не сработало. Потом раздобыл её номер и предложил записать юмористический ролик. Снова отказ. Третьей попыткой стала «Цветаева» — песня, для которой Дмитриенко хотел снять Анну. Вот здесь она согласилась.
Забавно, что в эпоху, когда знакомство можно начать одним сообщением, будущая самая обсуждаемая пара молодого российского шоу-бизнеса стартовала почти как небольшая переговорная кампания.
На съёмках произошла деталь, которую позже сама Пересильд рассказывала уже после официального подтверждения отношений. Было около семи утра. Дмитриенко спросил, что ей нужно на площадке. Анна попросила арбуз. Арбуз нашли, но он оказался невкусным. Ваня решил, что такой вариант не годится, и где-то раздобыл другой — тайский.
На первый взгляд — ерунда.
Но романы публичных людей вообще часто запоминаются не дорогими букетами и фотографиями с мероприятий, а чем-нибудь абсурдно бытовым. Здесь таким символом оказался арбуз в семь утра. Не яхта, не украшение, не ресторан с закрытым залом. Просто фрукт, который почему-то понадобилось найти тогда, когда большинство магазинов только готовится открыть двери.
А потом была «Цветаева».
Работа быстро перестала восприниматься исключительно как музыкальный проект. Химия между героями оказалась слишком убедительной, разговоров вокруг Дмитриенко и Пересильд становилось всё больше, но сами они довольно долго оставляли пространство для догадок. Ещё летом 2025 года Дмитриенко отвечал осторожно: говорил о тёплых отношениях, уважении и отказывался выдавать публике окончательный ярлык.
Для медиа это почти идеальное топливо.
Когда знаменитости всё отрицают — обсуждают отрицание. Когда молчат — обсуждают молчание. Когда появляются рядом — изучают расстояние между их руками на фотографии.
С Анной ситуация дополнительно привлекала внимание из-за её собственной известности. После «Слова пацана» она уже не была просто «дочерью Юлии Пересильд». У неё появилась собственная огромная аудитория, собственные поклонники и собственное место в индустрии.
Получилось столкновение двух молодых знаменитостей, каждая из которых уже умела самостоятельно создавать новости.
В октябре 2025 года необходимость гадать закончилась. Дмитриенко и Пересильд открыто подтвердили, что встречаются. Анна рассказывала, что далеко не сразу ответила на его ухаживания, а Ваня говорил о поддержке, которую получает в этих отношениях.
И вот здесь вокруг Дмитриенко окончательно сформировался тот самый образ «главного сердцееда», который теперь кочует из заголовка в заголовок.
Весной 2026 года поклонники даже успели заподозрить Дмитриенко и Пересильд в помолвке, разглядев кольцо на руке актрисы. Подтверждения этой версии не последовало, зато летом появилась новая причина для заголовков.
Во время стрима в конце июля 2026 года Дмитриенко заговорил о семье.
Он сказал, что хочет свадьбу — но не такую, к которой люди идут через годы сомнений и бесконечного ожидания решения. Для него принципиальна уверенность. Тогда же артист признался, что хотел бы троих детей, хотя отдельно оговорил вполне взрослую вещь: большая семья требует ресурсов.
Важно другое: это не было объявлением конкретной даты свадьбы с Пересильд.
Но интернету подобная точность обычно мешает.
Фраза «хочу когда-нибудь жениться» мгновенно сокращается до «Дмитриенко собрался жениться», дальше рядом появляется имя нынешней девушки — и готов очередной эпизод сериала.
