-Блины, Ваше Величество? — императрица Екатерина Алексеевна сладко потянулась в предвкушении: немка по рождению, она отчаянно любила именно этот русский праздник.
В год рождения первого царского внука Александра Павловича (будущего Александра Первого) Екатерина Алексеевна праздновала с размахом: «бриллиантовую Масленицу» устроила. Что это? Это любимая императрицей карточная игра вечером после ужина, а в тот день выигравшие ложечкой черпали бриллианты из красивой чаши.
Блинами Екатерина Вторая лакомилась с удовольствием, по воспоминаниям современников, особенно уважала «икряники» к вечеру — пышные блины в тесто которых вмешивали икру щуки и подавали с луком и сметанкой. Употребляла «икряники» царица под самый традиционный русский напиток — под «беленькую».
Если уж немка так полюбила Масленицу, что же тогда говорить о природных русских! Праздник пережил не только века, но и смену религии. Сколько ни боролись с традициями священники в первые века после принятия Русью крещения, но изжить Масленицу не смогли, предпочтя встроить ее в церковный календарь и не упоминать, что по сути — Масленица — не что иное, как славянский, языческий «Ярилин день».
В сонме славянских языческих богов олицетворением солнца считались: Перун, Хорос, Дажьбог. Перечислила не всех, названные, как бы олицетворяли разные «солнечные» ипостаси и функции. Спросите, а где же Ярила? О, с этим персонажем все очень непросто и интересно.
Ряд ученых полагают, что Ярила (Ярило) был персонификацией одного из славянских праздников, другие причисляют его к древнейшим богам еще до Перуновского времени, третьи полагают, что Ярила для наших далеких предков был кем-то наподобие Осириса для Египтян. Этакий умирающий и воскресающий бог, олицетворявший сезонные изменения природы.
Для людей, живших плодами земледелия, Ярила приобретал особое значение. Его старались умилостивить, ему поклонялись, у него просили богатый урожай зерна, в честь него устраивали праздники. Особенный смысл имело весенние празднование в честь Ярилы — возрожденного, воскресшего солнца, которое прогреет землю и даст людям надежду на продолжение жизни.
До сих пор отголоски этого культа встречаются в нашем языке: яркий, яр, ярый и так далее. Один корень, а как разнится смысл слов! Точно так же разным бывает Ярила — то дает силу всему живому, то сожжет засухой поля.
1 марта начинался земледельческий год у наших предков, долгие века этот же день считался началом новолетия: «Поднялся Ярило — берись мужик за вилы». Естественная радость людей приходу весны, тепла, окончанию суровой снежной зимы превратилась в праздник — Ярилин день.
Блины — это оттуда же, круглые, как солнышко, желтые, яркие, вобравшие в себя силу пшеничного (и иного) зерна. Они стали символом праздника давным-давно и остаются им ныне.
В поселениях славян в Ярилин день изготавливали куклу из соломы, носили ее по деревне с ритуальными песнями и веселыми плясками, обряды были разными, а суть одна — соломенная кукла олицетворяла «зимнюю», умирающую суть Солнца, под занавес праздника ее сжигали, а пепел рассеивали по полям, чтобы дать им силу родить новое зерно. В разных местах чучело именовали Костромой, Ярилой. Теперь это — всем нам знакомая Масленица.
Иногда чучело имело ярко выраженные признаки пола, перенос сопровождался «солеными» шутками, имевшими очень двусмысленное содержание: рожает земля-матушка, рожает женщина, обеспечивая продолжение рода. Ярила покровительствовал плодородию во всех смыслах. Помните сказку Островского «Снегурочка»? Пробуждение земли — пробуждение любви.
Из обязательных ритуалов в Ярилин: «показать» солнцу беременных женщин, чтобы роды прошли легко и быстро. Повитухи топили снег, умывались сами и умывали женщин, которые готовились дать миру новую жизнь — еще один обряд для удачных родов.
С принятием христианства основные традиции, конечно, никуда не ушли. Крестьяне упорно продолжали молиться в новых храмах и жечь чучела на праздник Ярилы. А еще рядились, чтобы запутать злую судьбу. Гуляния ряженых на Масленицу было в традициях и в крестьянской среде, и в боярской, и в княжеской. Под маской, «харей», как тогда ее называли, запросто мог в этот день вывалять в снегу простой холоп великую боярыню и даже княгиню — под чужой личиной не зазорно!
Аж до конца 15-го века Ярилин день отмечали. В 1492 году великий князь Московский Иван Третий перенес дату наступления нового года на 1 сентября, а Ярилин день постепенно был увязан с христианским праздником — окончанием Мясоеда перед наступлением Великого поста.
И тут случился компромисс и великолепный симбиоз: от христианства — плавающая дата, когда на следующий день начинается самый длинный и строгий пост до Пасхи, от язычества — блины, гуляние, сожжение Масленицы. Обычай отмечать новый год 1 марта, а следовательно и не работать в этот день, сохранялся вплоть до 19-го века, а потом ушел. Впрочем, Прощеное воскресенье, когда отмечается Масленица и так выходной день для большинства.
Особенно строгие гонения на народное празднование Масленицы были при первых Романовых: цари новой династии, прародителем которой был патриарх Филарет, стремились оставить только христианские традиции: поход в церковь, искреннее покаяние в грехах. Скоморохи были гонимы, игрища, хороводы и костры запрещались. Подействовало? Как видим — нет. А уж блины трескали и цари, вкусно же.
При Петре Великом (веселый был царь, много праздников старался подарить народу) на Масленицу в городах стали устраивать театрализованные представления, строили балаганы, устраивали гуляния с каруселью, маскарады. Уж на что царь «европейское» жаловал, но и он от блинов не отказывался.
Когда еще не было Санкт-Петербурга, царь-реформатор открывал праздник на Москве, у Красных ворот, а после чарочки садился откушать горячих блинов, которые тут же и выпекали. Царская страсть — гречневые блины с ряпушкой и прочей рыбкой. Подавали их Петру Алексеевичу и с икоркой, и с рыжиками в сметане. Вкусно!
В истории остались не только царские предпочтения на Масленицу. За неделю до праздника венчались Александр Пушкин с Натальей Гончаровой, для молодоженов Масленичная неделя — особенное время. В понедельник Пушкин в новом статусе ездил к теще на блины. Подавали у Гончаровых блины на овсяной муке с разными начинками.
Антон Павлович Чехов посвятил Масленице несколько рассказов, ах, как вкусно писатель рассказал о блинах! Помните, «О бренности»?
«Блины были поджаристые, пористые, пухлые, как плечо купеческой дочки… Подтыкин приятно улыбнулся, икнул от восторга и облил их горячим маслом. Засим, как бы разжигая свой аппетит и наслаждаясь предвкушением, он медленно, с расстановкой обмазал их икрой. Места, на которые не попала икра, он облил сметаной… Оставалось теперь только есть, не правда ли? Но нет!.. Подтыкин взглянул на дела рук своих и не удовлетворился… Подумав немного, он положил на блины самый жирный кусок семги, кильку и сардинку, потом уж, млея и задыхаясь, свернул оба блина в трубку, с чувством выпил рюмку водки, крякнул, раскрыл рот…»
Сам Чехов обожал тоненькие блинчики со слабосоленой семгой. Композитор Петр Ильич Чайковский, посвятившей Масленице отрывок из «Времен года», был признанным любителем сладкого, но на Масленицу предпочитал блины с грибами.
