«Дух от ступней короля нестерпим», — жаловалась королева

У юной королевы еще в 14 лет было, по меньшей мере, два слишком близких друга — учитель музыки Генри и дворянин Френсис. Неосторожно влюбив в себя короля, Екатерина наслаждалась властью и богатством, стараясь не думать о страшной судьбе одной из своих предшественниц — Его Величество безжалостно казнил одну из своих жен, уличив ее в неверности.

Король же до поры до времени ни о чем не догадывался, называя свою прекрасную супругу «розой без шипов».

Екатерина Говард родилась в 1522 году в Уингейте, графство Дарем. Ее отец, сэр Эдмунд Говард, относился к одному из знатнейших родов Англии. Мать Екатерины, леди Иокаста Калпепер, была второй женой сэра Эдуарда, и от первого брака у нее было пятеро детей. От Говарда Иокаста родила еще шестерых.

Екатерина приходилась двоюродной сестрой знаменитой Анне Болейн — королеве Англии, второй супруге правящего короля Генриха VIII. Именно Леди Болейн монарх отправил на плаху за измену.

Знатность Говардов не была подкреплена богатством. В семьях этого рода всегда рождалось слишком много детей, и младшим практически ничего не доставалось в наследство. Эдмунд был младшим, и ему самому пришлось пробивать себе дорогу в жизни.

Единственным своим богатством сэр Говард называл целый выводок дочерей одна красивее другой. И «королевой» этого цветника была прекрасная Екатерина.

В 1528 году, когда Екатерине исполнилось 6 лет, ее мать умерла. Похоронив супругу, Эдмунд сообщил дочерям, что собирается отдать их на воспитание родственникам, так как сам он не способен вырастить их «настоящими» леди. Екатерине досталась престарелая Агнесса, вдовствующая герцогиня Норфолк, мачеха сэра Эдмунда.

Вопреки ожиданиям своего отца, Екатерина получила под крылом у бабушки очень скромное образование — к двенадцати годам она довольно средне умела читать и писать. Пожалуй, единственный «предмет» в котором девочка преуспела, была «любовная наука».

Дело в том, что в доме Агнессы Норфолк царили абсолютно свободные нравы, граничащие с откровенной распущенностью. Фрейлины герцогини, зная, что хозяйка в силу пожилого возраста плохо видит и плохо слышит, позволяли себе невиданные дерзости. Например, уединиться с симпатичным пажом в темном уголке за лестницей.

Вскоре в эти же самые игры начала играть и Екатерина.

В 1539 году Екатерине исполнилось 17 лет, и всем стало понятно, что прятать такую красоту в замке Норфолк грешно: красавице пора было выходить в свет.

Вскоре сэр Томас Норфолк, дядя Екатерины, подыскал для нее теплое местечко при дворе — должность фрейлины при королеве Англии Анне Клевской.

Анна Клевская была четвертой и самой нелюбимой женой Генриха VIII. Его Величество влюбился в Анну, увидев ее портрет работы придворного художника Гольбейна-младшего, но был крайне разочарован «суровой реальностью» при личной встрече с принцессой. Анна вызвала у Генриха отвращение, он называл ее неотесанной деревенщиной и «фламандской кобылой», но, тем не менее, вынужден был на ней жениться.

И вот в свиту «фламандской кобылы» и вошла Екатерина Говард.

17-летняя, но уже весьма и весьма опытная в любовных делах фрейлина, сразу же поняла, что король тяготится королевой и мечтает от нее избавиться. Екатерина была не против занять место Анны Клевской, и судьба другой Анны, своей двоюродной сестры леди Болейн, ее ничуть не пугала.

Вскоре Генрих VIII начал оказывать Екатерине знаки внимания. Амбициозный сэр Томас Норфолк, узнав об этом, заявил племяннице, что такой шанс стать королевой упускать ни в коем случае нельзя.

9 июля 1540 года Генрих VIII официально развелся с Анной Клевской. Это стало возможно благодаря исключительно миролюбивой позиции Анны, не ставшей чинить супругу ни малейших препятствий. Генрих сполна оценил благородство «фламандской кобылы» — Анна была объявлена «сестрой короля» и благополучно жила в Лондоне до конца жизни, пользуясь уважением как двора, так и народа.

Расставшись, наконец, с опостылевшей супругой, Генрих немедленно женился на Екатерине Говард. Свадьба была невероятно скромной и тихой, словно новобрачные стеснялись чего-то.

Для 49-летнего Генриха, страдающего целым набором заболеваний, брак с 18-летней красавицей стал глотком свежего возраста. Придворные говорили, что Его Величество помолодел на 20 лет. Генрих, после казни Анны Болейн проводивший большую часть своего досуга в черной меланхолии, вновь стал интересоваться балами, рыцарскими турнирами, маскарадами.

Свою юную супругу король обожал. Екатерина хотела жить, ей все было новым, все было интересным. Подаркам, которые Генрих дарил жене, та радовалась, как ребенок, прыгала на постели до потолка.

Генрих называл жену «розой без шипов», но вот только шипы у леди Говард были, и весьма острые. Вскоре они нанесли королю крайне болезненные уколы.

Екатерине пожилой супруг был интересен, прежде всего, как источник знатности, денег и разного рода удобств. К ласкам Генриха она относилась чуть ли не с отвращением: Его Величество был тучен и страдал запущенной формой гангрены, по всей видимости, вызванной диабетом.

«Дух от ступней короля нестерпим», — жаловалась Екатерина своим ближайшим подругам-фрейлинам.

Юная и ветренная, Екатерина вела себя при дворе крайне неосторожно. Так, она пригласила к своему двору многих своих «друзей юности» — тех самых пажей, что помогали ей победить одиночество в стенах замка герцогини Норфолк. Среди фаворитов королевы был и ее бывший учитель музыки Генри Мэнокс.

Приглашенные ко двору Екатерины мужчины очень много знали о веселой жизни Ее Величества до замужества, и некоторые из них относились к этому знанию как к камню за пазухой, который в любой момент можно было использовать против королевы.

Но Екатерина не думала об этом, и жила полной жизнью. Когда ей наскучили старые фавориты, она завела нового — королевского пажа Томаса Калпепера.

Через несколько месяцев после свадьбы Екатерины с Генрихом VIII при ее дворе появился дворянин Фрэнсис Дерем — в 15 лет леди Говард собиралась выйти за этого человека замуж. Оказалось, что прошлое не забыто, и королева предложила Дерему должность своего личного секретаря. Фрэнсис с благодарностью согласился.

Юная королева не могла или же не хотела понять, что она является костью в горле для многих знатных семей Англии — врагов ее дяди герцога Томаса Норфолка. Аристократы были недовольны возвышением Норфолков-Говардов и опасались, что рожденный Екатериной ребенок может помешать наследнику принцу Эдуарду вступить на престол.

В 1542 году враги королевы начали действовать. Во время специально устроенной пирушки шпионы подпоили пажа Томаса Калпепера и Фрэнсиса Дерема, вызвав их на откровенность. Простодушные кавалеры рассказали о Ее Величестве много интересного.

На следующий день Дерем, Калпепер и учитель Мэнокс были арестованы и подвергнуты допросу с пристрастием. Получив необходимую информацию, враги Екатерины отправились к королю.

Генрих отреагировал на весть о неверности супруги необычно для себя. Если ранее он впал бы в гнев, то в случае с Екатериной король разрыдался и стал жаловаться на жизнь. Его Величество назвал себя проклятым — небеса отказываются дать ему хорошую женщину, постоянно подсовывая то изменщицу, то болезненную, то «отвратительную».

Поплакав, король разъярился. Он был готов рвать и метать. Томаса Калпепера и Фрэнсиса Дерема казнили. Учителю Мэноксу повезло — в ходе следствия выяснилось, что между ним и Екатериной в замке Норфолк ничего не состоялось: ворвавшаяся в помещение герцогиня успела вырвать 14-летнюю племянницу из объятий пылкого учителя. В результате Мэнокс отделался тюрьмой.

11 февраля 1542 года была официально арестована и королева. Екатерину отправили в Тауэр, где она провела всего лишь два дня. Уже 13 февраля на глазах у многочисленной толпы зевак леди Говард отрубили голову.

На эшафот Екатерину несли на руках — она была в шоке и, вероятно, не до конца осознавала, что с ней происходит.

Королеву похоронили рядом с ее двоюродной сестрой, королевой Анной Болейн, также сложившей голову на плахе за неверность Его Величеству.

Генрих VIII через год после казни леди Говард женился на Екатерине Парр. Впрочем, к этому моменту он был уже тяжелобольным человеком с окружностью талии в 137 см. Король был настолько тучным, что потерял способность ходить и придворные возили его на тележке.

В конце жизни Генрих постоянно вспоминал двух казненных им жен — Анну Болейн и Екатерину Говард, а единственным человеком, с которым он мог общаться без раздражения, была та самая «фламандская кобыла» Анна Клевская.

Возможно, именно Клевская была той самой «розой без шипов», которую всю жизнь искал Генрих…

Оцените статью
«Дух от ступней короля нестерпим», — жаловалась королева
Барон и балерина