На самых нежных местах были красные пятна. Анна вскрикнула, поначалу не сообразив, что с ней. Но тут же в голове пронеслась картина: амбар, сеновал, возлюбленный офицер, сыто покручивающий длинный ус.
Анна уронила голову на руки и зарыдала в голос. Она и представить не могла, что все худшее ждало ее впереди…
В 1838 году на землях румынской области Валахия — той самой, где в эпоху Средневековья бесчинствовал князь Влад Цепеш Дракула, — появилась на свет девочка, которую нарекли Анной.
Её отец, Никола Драксин, держал ферму по разведению скота, благодаря чему семья жила в достатке и считалась состоятельной.
В 1849-м Драксины перебрались в село Владимировац, расположенное на территории Банатской Краины (тогда эта земля принадлежала Австрийской империи, а сегодня находится в Сербии). Когда Ануйка — так ласково называли Анну домашние — немного подросла, семья вновь сменила место жительства, на этот раз выбрав город Панчево, что в 14 километрах от Белграда.
Именно в Панчево Ануйка стала посещать частное учебное заведение для детей из богатых семей. В своём классе Анна Драксин неизменно была первой среди учениц.
К восемнадцати годам юная Драксин считалась одной из самых завидных невест Панчево. Многие молодые люди засматривались на Ануйку, однако её сердце уже не было свободно.
Девушка страстно влюбилась в молодого офицера австрийской армии. Каждую ночь, тайком от родителей, Ануйка убегала из дома, чтобы встретиться со своим возлюбленным.
Увы, первый роман обернулся для Ануйки настоящей катастрофой. Австрийский офицер, развлекаясь с сербской красавицей, вскоре покинул её без каких-либо объяснений. Девушка напрасно ждала вестей — писем не было.
А вскоре несчастной открылась и страшная правда: офицер оставил ей «прощальный привет», — дурную болезнь, которая в те времена вызывала ужас даже у врачей, не говоря уже об обычных людях.
Отчаяние Ануйки не знало границ. Разочаровавшись в людях, она замкнулась в себе, возненавидела мужчин. Спустя год после той трагедии Драксин вернулась во Владимировац, где поселилась в домике на окраине.
Общаться с окружающими женщина почти перестала, предпочитая общество книг — прежде всего, учебников по химии и медицинских трактатов. Чтобы читать иностранные издания, Ануйка выучила пять языков, причём на трёх из них говорила совершенно свободно.
Изучение медицины помогло ей облегчить симптомы болезни, хотя полностью избавиться от недуга так и не удалось.
Мужчин Драксин сторонилась, даже несмотря на то, что многие заглядывались на молодую и привлекательную затворницу.
В 1861 году случилось событие, которое потрясло всех жителей Владимироваца: 23-летняя Ануйка неожиданно вышла замуж за 48-летнего помещика по фамилии ди Пиштонья.
Почти каждый год Анна рожала мужу детей, но младенцы один за другим умирали — вероятно, сказывалось наличие у матери той самой «дурной болезни». За двадцать лет брака Драксин произвела на свет одиннадцать ребятишек, из которых выжил лишь один.
В 1881 году ди Пиштонья скончался, оставив вдове и сыну в наследство просторный дом во Владимироваце.
Похоронив супруга, 43-летняя Ануйка нашла отраду в своих старинных увлечениях — химии и врачевании. В пристройке к дому мадам ди Пиштонья оборудовала самую настоящую лабораторию.
Женщина начала помогать односельчанам народными средствами, и вскоре слух о невиданной целительнице из Владимироваца разнёсся по всему Банатскому краю.
Чаще всего к Ануйке приходили крестьянки, которым была недоступна официальная медицина. Знахарка готовила для них снадобья от самых разных недугов. В клиентках недостатка не было, и денежный поток исправно пополнял кошелёк мадам ди Пиштоньи.
Однако Ануйке этого казалось мало, и она постоянно расширяла перечень услуг. К примеру, она стала изготавливать напиток, который быстро делал мужчину обессиленным и непригодным к армейской службе.
Шли годы. К 1920-м годам прежнее обращение «мадам ди Пиштонья» кануло в прошлое: для всех жителей Владимироваца и окрестностей она стала просто «бабкой Ануйкой».
Целительница по-прежнему жила в своём просторном доме, а денег у неё скопилось несметное количество — поговаривали, что золотые монеты были зашиты в каждой подушке.
Но Ануйке хотелось большего. В 1921 году 83-летняя старуха принялась варить особое зелье, которое называла «волшебной водой».
Приобретали это снадобье женщины, мечтавшие тихо и быстро избавиться от надоевших мужей.
В состав отравы, как позже выяснилось, входили мышьяк и некоторые растительные яды. Зелье следовало подмешивать небольшими порциями в пищу. Спустя неделю-другую — в зависимости от дозы и телосложения жертвы — опостылевший заказчице супруг отправлялся на тот свет.
Торговля «волшебной водой» оказалась на редкость доходным промыслом: за свой яд бабка Ануйка запрашивала от двух до десяти тысяч югославских динаров.
В поиске клиенток старухе помогала подельница — односельчанка по имени Любина Миланкова.
Всего за несколько лет совместной «работы» Ануйка и Любина сделали вдовами полторы сотни женщин — разумеется, по их же горячей просьбе и за их же деньги.
Лишь в 1928 году полиция наконец обратила внимание на происходящее. Точнее, её вынудили это сделать. Родственники Николы Момирова и Лазаря Лудошки потребовали расследовать загадочную гибель молодых мужчин. Стражи порядка, скрепя сердце, назначили эксгумацию тел. Останки отправили в Белградский университет для научного исследования.
Родные покойных оказались правы! В костях и остатках мышечной ткани Момирова и Лудошки нашли мышьяк и другие ядовитые вещества.
Софию Момирову и Стану Лудошку — жён умерших — немедленно вызвали на допрос. Женщины сначала отпирались, но затем, заливаясь слезами, сознались, что «волшебную воду» для устранения мужей продала им бабка Ануйка.
В июне 1929 года Анна ди Пиштинья была арестована и доставлена в Панчево, где состоялся суд над ней, а также над Софией Момировой и Станой Лудошкой.
На судебном заседании присутствующим предъявили «волшебную воду» Ануйки, а также заслушали выводы медицинских и научных экспертов.
София со Станой попытались оправдаться, заявив, что понятия не имели о яде в составе зелья — они, мол, полагали, будто старуха обладает колдовской силой, а напиток действует магическим образом.
Стана, в частности, объяснила, что обращалась к бабке, чтобы излечить мужа от пьянства, а вовсе не для того, чтобы свести его в могилу.
Сама же Ануйка объявила, что ничего Софии и Стане не продавала, а все случившееся — не более чем наговор со стороны одной завистливой соседки, которую она назвала ведьмой.
Тем не менее, вина всех трёх отравительниц была полностью доказана, и прокурор запросил для них высшую меру — смертную казнь.
6 июля 1929 года суд огласил приговор. Бабку Ануйку осудили на 15 лет тюремного заключения, Софию и Стану — пожизненно. Пособница Ануйки, Любина Миланкова, получила 15 лет; столько же дали Симе Момировой, родной сестре одной из подсудимых.
Бабка Ануйка провела в тюрьме восемь лет. В 1936 году 98-летнюю «целительницу» отпустили досрочно по состоянию здоровья.
Ануйка вернулась во Владимировац, где скончалась в 1938 году в возрасте ста лет. Могилу старухи-отравительницы жители села предпочитали обходить стороной…
