Лена снова листала каталоги стройматериалов, когда Саша вошёл на кухню с недовольным лицом.
— Опять эти твои дачные фантазии? — он плеснул себе чай из чайника и уселся напротив. — Сколько можно? У нас есть квартира, зачем нам какая-то развалюха в лесу?
— Развалюхи там нет,, — Лена захлопнула ноутбук. — Это участок. Шесть соток земли, которые достались мне от бабушки. И я хочу там что-то построить.
— На какие деньги? — Саша усмехнулся. — У нас ипотека, кредит на машину. Ты в своём уме?
Этот разговор повторялся раз в месяц последние пару лет. Лена мечтала о собственной даче с того самого дня, как узнала о наследстве. Участок находился в тридцати километрах от города, в тихом дачном посёлке среди сосен. Земля была ровная, с небольшим уклоном к ручью. Идеальное место.
Но построить там хотя бы небольшой домик оказалось невозможно — Саша категорически отказывался брать ещё один кредит. Его родители тоже только крутили пальцем у виска, когда Лена заговаривала об этом.
— Зачем вам дача? — удивлялась свекровь Тамара Ивановна. — Мы каждый год летаем на море, отдыхаем по-человечески. А дача — это грядки, комары и работа с утра до ночи. Нет уж, спасибо.
Свёкор Виктор Петрович поддакивал:
— Правильно говорит. Лучше деньги на путёвку отложить, чем в землю закапывать.
Лена слушала их и молчала. Она не хотела грядки и теплицы. Ей просто нужно было своё место, куда можно сбежать от городской суеты, от вечных разговоров о деньгах и планов на следующий отпуск где-нибудь в Турции.
Однажды вечером, после очередного отказа Саши даже обсудить возможность строительства, Лена приняла решение. Она пошла в банк и оформила потребительский кредит на пятьсот тысяч рублей. Под выгодный процент, на пять лет. Сердце колотилось, когда она ставила подпись в договоре, но вернуться назад уже было нельзя.
— Ты что наделала? — Саша побледнел, когда она призналась. — Ты понимаешь, что это дополнительные проценты? Мы не потянем!
— Я потяну сама, — Лена сжала кулаки. — Это мой кредит, я буду платить. Не волнуйся.
Она устроилась на хорошую подработку по знакомству. Спала по пять часов в сутки, но деньги капали. Медленно, но верно.
Строительство началось в марте. Лена наняла бригаду из трёх человек — молчаливый бригадир Михалыч и два его помощника. Они работали быстро и толково. Сначала залили фундамент, потом возвели каркас. Лена выбрала проект небольшой бани с двумя жилыми комнатами, кухней и верандой. Всего пятьдесят квадратных метров, но это были её квадратные метры.
Она приезжала на участок каждую субботу и воскресенье. Привозила рабочим домашней еды, убирала мусор, занималась участком. Руки стёрлись в мозоли, спина ныла от усталости, но Лена была счастлива. Её дача росла буквально на глазах.
Саша приезжал редко, обычно просто забрать её вечером. Стоял поодаль, смотрел на стройку с непроницаемым лицом и молчал. Лена не настаивала. Это был её проект, её мечта.
Но родня вдруг начала проявлять интерес.
Первой приехала Сашина сестра Оля с мужем. Они якобы «просто проезжали мимо».
— Ничего себе, — протянула Оля, разглядывая почти готовые стены. — А выглядит прилично. И участок красивый.
— Можно посмотреть внутри? — её муж Игорь уже шагал к крыльцу.
Лена провела им экскурсию. Показала комнаты, кухню, веранду. Оля щупала стены, заглядывала в окна, оценивающе кивала.
— Слушай, а это хорошая идея, — задумчиво сказала она на прощание. — Может, и нам что-то подобное замутить?
Через неделю приехали свёкры. Тамара Ивановна прошлась по комнатам, потрогала новенькую дверь в душевую, заглянула в печку.
— Ловко ты придумала, — признала она. — Компактно, аккуратно. А печка хорошая?
— Отличная, — Лена гладила тёплый кафель. — Как финская. Быстро прогревает и долго держит тепло.
Виктор Петрович тоже одобрительно кивал:
— Неплохо, неплохо. И сколько всё обошлось?
Лена назвала сумму. Свёкор присвистнул, но ничего не сказал. Они уехали, пообещав приехать ещё.
К концу июля строительство было закончено. Лена ходила по своей даче и не могла поверить — это правда произошло. Маленький аккуратный домик с покатой крышей, с новенькими пластиковыми окнами, с уютной верандой. Внутри пахло деревом и новой мебелью. Две комнаты были небольшими, но светлыми. На кухне стояли простой стол и четыре стула. В ванной — душевая кабина и унитаз.
Лена устроила небольшое новоселье. Позвала Сашу, его родителей, сестру с мужем. Накрыла стол на веранде — шашлыки, салаты, домашние пироги. Вечер выдался тёплым, над соснами зависало закатное солнце.
— За хозяйку! — поднял бокал Виктор Петрович. — Молодец, доченька. Своего добилась.
Лена улыбнулась. Это было приятно слышать.
После ужина Тамара Ивановна и Виктор Петрович долго ходили по комнатам, открывали шкафы, щупали матрасы на кроватях. Потом свекровь вышла на веранду, где Лена убирала посуду, и сказала:
— Слушай, а знаешь что? Мы в отпуск не летим, мы у тебя на даче отдохнём, сэкономим.
Лена рассмеялась:
— Конечно, приезжайте в гости. Всегда рада.
Она восприняла это как шутку. Ну или как предложение приехать на выходные, пожарить шашлыки.
Но через две недели, в субботу утром, к даче подъехала машина свёкра. Из багажника Виктор Петрович начал выгружать сумки. Много сумок. Тамара Ивановна вылезла с огромным пакетом, из которого торчали полотенца.
— Привет! — бодро поздоровалась она. — Мы приехали.
— На выходные? — растерянно спросила Лена.
— Да нет, мы решили тут на месяц остановиться, — свекровь уже тащила сумки в дом. — Сашенька сказал, что ты не против.
Лена обернулась на мужа. Саша избегал её взгляда, возился с багажником.
— Саш, какой месяц? — тихо спросила она.
— Ну мама хотела… они деньги на путёвку хотели сэкономить… я подумал, места же много…
Лена молча развернулась и пошла в дом. В большой комнате свекровь уже раскладывала свои вещи на кровати.
— Тамара Ивановна, — Лена постаралась сохранить спокойствие. — Я не совсем понимаю. Вы собираетесь жить тут целый месяц?
— А что такого? — свекровь удивлённо посмотрела на неё. — Дача же есть. Зачем деньги на отель тратить? Мы тут отдохнём, воздухом подышим. И вам же хорошо — не будет дом пустой стоять.
— Но я не приглашала…
— Деточка, — Тамара Ивановна снисходительно улыбнулась. — Мы же семья. Чего церемониться?
На следующий день свёкры привезли свою мебель — складные шезлонги, столик, зонт от солнца. Всё это разместилось на аккуратном газоне. Виктор Петрович повесил гамак между двумя соснами.
— Вот это жизнь! — блаженно сказал он, устраиваясь в гамаке с газетой.
Лена стояла у окна и смотрела на свою захваченную дачу. На веранде, где она мечтала читать по вечерам, теперь громоздилась чужая мебель. В её комнате спали свёкры. Её тихое убежище превратилось в проходной двор.
Но хуже было то, что начало происходить дальше.
Тамара Ивановна стала приглашать подруг.
— Девочки, приезжайте, посмотрите, какую дачу дети отстроили! — щебетала она в телефон.
Приезжали подруги. Рассаживались на веранде, пили чай с печеньем, которое приносили с собой (никто даже не подумал купить что-то для хозяйки). Ахали, охали, восхищались.
— Тома, как тебе повезло! Какие заботливые дети!
— Да уж, постарались. Видите, какая печка? Финская!
Лена слушала эти разговоры из кухни и чувствовала, как внутри закипает злость. Дети постарались? Она одна вывозила мусор, одна платила рабочим, одна брала кредит, который теперь выплачивает, работая на двух работах. А они — «дети постарались».
Виктор Петрович тоже не отставал. Он позвал своих друзей-рыбаков. Четверо мужиков расселись на веранде с пивом и картами, играли до поздней ночи, смеялись, курили.
— Петрович, хорошо устроился! — завистливо говорил один из них. — Дача — огонь!
— Да, дети потрудились, — важно кивал свёкор.
В субботу Лена приехала на дачу и увидела, что двор превратился в парковку. Четыре машины стояли прямо на её будущих клумбах, примяв землю. На веранде сидело человек восемь, громко разговаривали, кто-то жарил шашлыки на её новом мангале.
— А, Леночка! — Тамара Ивановна помахала ей рукой. — Иди знакомься, это наши друзья по отпускам. Мы их пригласили на шашлычок.
Лена прошла в дом. Саша сидел в маленькой комнате, уткнувшись в телефон.
— Ты в курсе, что тут происходит? — спросила она.
— Ну… родители пригласили друзей…
— На МОЮ дачу, которую я строила на МОИ кредитные деньги! Которые я выплачиваю сама! Саш, ты это понимаешь?
Он виновато поднял глаза:
— Ну они же не каждый день…
— Они тут живут уже три недели! Превратили мой дом в проходной двор! Твоя мать водит экскурсии, твой отец устраивает пивные посиделки!
— Лен, не кипятись. Ну отдохнут и уедут.
— Когда? В сентябре?
Саша промолчал.
Лена вышла на веранду. Гости громко обсуждали рецепт маринада. Тамара Ивановна разливала по бокалам домашнее вино.
— Извините, — громко сказала Лена. — Мне нужно поговорить с Тамарой Ивановной и Виктором Петровичем. Наедине.
Гости притихли. Свёкры недовольно переглянулись, но поднялись и прошли за ней в дом.
— Что случилось? — свекровь выглядела оскорблённой.
— Случилось то, что я больше не могу это терпеть, — Лена сжала кулаки, чтобы руки не дрожали. — Вы присвоили мою дачу. Живёте тут, как у себя дома. Приглашаете друзей. Рассказываете всем, что это ваши дети построили.
— Ну а что не так? — Виктор Петрович удивлённо развёл руками. — Ты же дочь…
— Стоп, — Лена подняла руку. — Давайте я напомню. Когда я просила помощи с деньгами на строительство, что вы сказали?
Молчание.
— Вы сказали, что дача вам не нужна. Что лучше летать на море. Что это глупая затея. Я просила хотя бы пятьдесят тысяч в долг — вы отказали. Я взяла кредит под четырнадцать процентов! Работаю на двух работах, чтобы платить! Я сама нанимала рабочих, сама покупала материалы, сама всё решала! А вы — вы даже не приехали ни разу помочь, пока строительство шло!
— Леночка, ну зачем так? — Тамара Ивановна попыталась примирительно улыбнуться. — Мы же семья…
— Семья? — Лена усмехнулась. — Когда мне нужны были деньги, вы летали в Турцию. А теперь, когда дача готова, вы вдруг вспомнили про семью? Нет. Это МОЯ дача. Я её владелец. И я хочу, чтобы вы собрали вещи и уехали.
— Ты с ума сошла? — Виктор Петрович побагровел. — Мы что, на улицу?!
— У вас есть квартира. Прекрасная трёхкомнатная квартира в центре города. Езжайте домой.
— Как ты смеешь?! — Тамара Ивановна вскочила. — Саша! Саша, ты слышишь, что твоя жена говорит?!
Саша вышел из комнаты. Стоял, переминаясь с ноги на ногу.
— Лен, может, не надо так резко…
— Резко? — Лена повернулась к нему. — Саш, я месяц молчала. Терпела. Смотрела, как мой дом захватывают. А ты… ты даже не поддержал меня. Когда я строила — ты молчал. Когда твои родители въехали — ты промолчал. Когда они друзей позвали — ты опять промолчал. Ты вообще на чьей стороне?
— Я… — он растерянно посмотрел на родителей, потом на жену. — Я не знал, что ты так остро…
— Тогда теперь знаешь, — Лена взяла ключи со стола. — Я даю вам час. Собирайте вещи и уезжайте. Все. Включая тебя, Саш.
Она вышла из дома и села в машину. Руки тряслись, сердце колотилось. Но внутри было странное облегчение. Она наконец сказала то, что накипело.
Через сорок минут свёкры загрузили свои сумки в багажник и уехали, не попрощавшись. Саша вышел последним. Остановился у машины Лены, хотел что-то сказать, но промолчал. Сел в свою машину и уехал.
Гости разошлись быстро и молча.
Лена осталась одна. Села на веранду, убрала чужую мебель в угол. Заварила чай. Смотрела, как солнце садится за сосны.
Впервые за месяц на даче было тихо.
Домой она вернулась поздно вечером. Квартира была пуста. Лена прошла на кухню, включила чайник. Села за стол.
Дверь открылась. Вошёл Саша. Молча прошёл на кухню. Остановился напротив жены. Протянул ей конверт.
— Это что? — устало спросила Лена.
— Деньги. Сорок тысяч.
— Откуда?
— Я продал инструменты из гаража, — Саша сел напротив. — Те, которыми не пользуюсь. Дрель, циркулярку, ещё кое-что. И… я собираюсь продать лыжи и велосипед. На них я не катался лет пять. Это ещё тысяч тридцать.
Лена молча смотрела на конверт.
— Я хочу помочь тебе погасить кредит, — продолжил Саша. — Я понял, что был… идиотом. Ты права. Ты всё делала одна. А я молчал. Даже не поддержал. Прости меня.
— Саш…
— Нет, дай договорю. Я был неправ. Я не верил в твою затею. Думал, ты просто упрямишься. А на самом деле ты построила дом. Хороший, настоящий дом. Сама. И я горжусь тобой.
Лена почувствовала, как к горлу подкатывает комок.
— Родители звонили, — тихо сказал Саша. — Мама плакала. Папа ругался. Я сказал им, что ты права. Что они перегнули палку. Что дача — твоя. И если они хотят приехать в гости — нужно спрашивать разрешения. У тебя.
— Ты это серьёзно?
— Абсолютно. — Он взял её руки в свои. — Лен, я понимаю, если ты не простишь меня сразу. Но я хочу исправиться. Я хочу помогать. С кредитом, с дачей. Давай это будет наш дом. Наше место. Для нас двоих.
Лена смотрела на мужа. На его виноватое, усталое лицо. На конверт с деньгами. На его руки, сжимающие её ладони.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Давай попробуем.
Саша облегчённо выдохнул и привлёк её к себе.
— Спасибо.
Они сидели на кухне, обнявшись, и Лена думала о своей даче. О тихих вечерах на веранде. О том, как они с Сашей будут приезжать туда вдвоём. Читать книги, пить чай, смотреть на звёзды.
Дача была её мечтой. И теперь эта мечта стала реальностью.
Своей. Настоящей. Выстраданной.
И никому больше она не позволит присвоить то, что построила своими руками.
