«Он годился для любой службы», – сказал об этом человеке король-солнце Людовик XIV. «Лучших французов трудно найти», – так высказался о нем маршал д’Эстрад. Эти комплименты адресованы бравому гасконцу д’Артаньяну, главному герою знаменитой трилогии Александра Дюма-отца про отважных мушкетеров.
В марте 2026 года мир облетела весть о том, что в церкви Святых Петра и Павла в Маастрихте, на юге Нидерландов, обнаружены предполагаемые останки легендарного гасконца. Эта новость ожидаемо оживила интерес к личности д’Артаньяна не только среди профессиональных историков, но и среди поклонников знаменитой трилогии.
Ведь Шарль де Батц де Кастельмор, шевалье д’Артаньян (около 1612–1673 гг.) – не плод фантазии популярного романиста, а реальная и даже весьма значимая фигура эпохи правления Людовика XIV. Что это был за человек? Как на самом деле сложилась его судьба?
Многообещающий гасконец
О детстве и юности д’Артаньяна почти ничего не известно. Первые достоверные сведения о нём относятся к 1639 году, когда он служил во Французской гвардии. Если принять наиболее распространённую версию даты его рождения, тогда ему было около 26 лет.
Военную карьеру бравый гасконец начал с легкой руки своего земляка – господина де Тревиля, как и описывал Дюма. Д’Артаньян подавал большие надежды: он был превосходным наездником, хорошим фехтовальщиком, отважным бойцом, а главное, – преданным служакой.
За это бесценное качество он впоследствии заслужил уважение сильных мира сего. Одна беда – гасконец не дружил ни с грамотой, ни с пером. Он даже не пытался исправить этот существенный недостаток и до конца своей жизни писал с ошибками.
На службе у Мазарини
В 1640-х годах д’Артаньян участвовал во франко-испанской войне (1635–1659 гг.). Очевидно, он неплохо проявил себя при осаде Арраса, Перпиньяна и Бапома, потому что сам король Людовик XIII наградил его рыцарским титулом шевалье.
Это было значимое событие в жизни гасконца. Ведь он принадлежал к дворянскому сословию только по линии матери, которая была из обедневшего рода графов де Монтескью.А вот родня отца не могла похвастать голубой кровью. Прадед мушкетера Арно де Батц был богатым буржуа и пробился в дворяне благодаря деньгам.
Примечательно, что титул шевалье наш герой унаследовал от деда по материнской линии – Жана де Монтескью, графа д’Артаньяна. Таким образом, король подчеркивал прирожденное (а не приобретенное!) дворянское достоинство Шарля.
После смерти Людовика XIII д’Артаньян удержался на плаву и не ушел в тень. Это было трудное, смутное время. Пока подрастал юный Людовик – будущий король-солнце – государством фактически руководил кардинал-итальянец Мазарини, которого веселые французы терпеть не могли.
Многие представили знати подались в оппозицию, в стране разгорелась гражданская война, вошедшая в историю под названием Фронда.
Эти события Дюма красочно описал в романе «Двадцать лет спустя». В книге гасконец, состоя на службе кардинала Мазарини, сочувствует фрондерам и даже в какой-то момент выступает против его высокопреосвященства. Как же обстояло дело в действительности?
Исторический гасконец вел себя более прозаично. Его карьера шла в гору, у него не было причин фрондировать. Он пользовался покровительством кардинала, выполнял его поручения, вошел в восстановленную им роту Обычных дворян и благодаря ему стал лейтенантом.
Но честолюбивый шевалье недолго задержался на этом посту и через несколько лет за круглую сумму купил должность капитана (покупка должностей была нормой в то время).
Дипломат, герой и просто порядочный человек
В царствование Людовика XIV д’Артаньян фактически возглавил Роту королевских мушкетеров. Неграмотный гасконец оказался талантливым администратором-руководителем.
Под его чутким надзором рота стала престижной военной школой и получила известность даже за границей. Как д’Артаньян добился этого успеха? Гасконец трудился не за страх, а за совесть и вложил всю душу в любимое детище.
Благодаря его стараниям мушкетеры обзавелись приличным жильем и конюшнями; они получали квалифицированную медицинскую помощь, их обслуживали оружейники и шорники, а для мушкетёров играли музыканты. Неудивительно, что подопечные гасконца обожали его.
Дюма подчеркивал дипломатические способности своего любимого героя. Знаменитый писатель не преувеличивал. Д’Артаньян не раз и с неизменным успехом выполнял сложные дипломатические, тайные и щекотливые миссии.
Например, – вел переговоры о сдаче крепостей. А ещё ездил в Англию, но не за алмазными подвесками королевы Анны Австрийской, а для выяснения планов вождя английской революции Оливера Кромвеля.
Этот вояж на Туманный Альбион едва не стоил ему жизни. После возвращения гасконца чуть не убили в Париже наемные бандиты, но его выручил Арман де Силлег д’Атос.
Его величество король-солнце умел быть благодарным. И он выгодно женил своего верного слугу. Супругой д’Артаньяна стала баронесса из древнего рода – Анн-Шарлотта де Сен-Круа, которая была еще и весьма состоятельной дамой.
Впрочем, она, желая сохранить семейный бюджет, настояла на заключении брачного контракта, по которому гасконец был обязан сам оплачивать свои долги и личные расходы… Как это «недоразумение» повлияло на семейную жизнь гасконца?
К счастью, супруги были деловыми людьми, и раздел денег не помешал им обзавестись двумя наследниками – Луи-старшим и Луи-младшим. Крестным отцом первенца был сам Людовик XIV, что доказывает особое расположение его величества к гасконцу.
Пик карьеры д’Артаньяна пришелся на 1661 год, когда он по приказу короля арестовал суперинтенданта финансов Николя Фуке. В течение нескольких лет д’Артаньян отвечал за содержание и охрану этого могущественного господина, которого Людовик XIV считал чуть ли не личным врагом из-за того, что тот посмел превзойти его в роскоши и великолепии.
Как д’Артаньян справился с этим щекотливым заданием? Надо отдать должное гасконцу: он проявил по отношению к своему злополучному «клиенту» исключительную человечность.
Так, однажды он в нарушение инструкций разрешил ему свидание с женой. И вообще держался с ним не как с государственным преступником, а как с человеком, попавшим в беду. Порядочное поведение шевалье по отношению к Фуке, у которого было много друзей, снискало ему уважение в высшем свете.
Недаром знаменитая мадам Мари Севинье, автор «Писем» (ставших классикой французской литературы) упоминает д’Артаньяна как честного, благородного человека.
До последнего вздоха шевалье оставался верен себе. В возрасте около 60 лет он отправился на осаду Маастрихта, не вняв просьбам поберечь себя. По легенде, д’Артаньян заявил: «Я гасконец, и этим всё сказано. Я должен там быть».
Во время атаки одного из укреплений д’Артаньян был смертельно ранен мушкетной пулей. Его смерть вызвала глубокую скорбь при французском дворе.
О нем искренно горевали король, придворные, военные… Не доказывает ли это, что д’Артаньян был героем до того, как стал главным персонажем знаменитой трилогии Дюма?
