— Как вы думаете, Паулина Ивановна, смогли бы вы стать начальником милиции в Ленинграде? — Сергей Киров смотрел внимательно, даже немного испытующе.
Паулина почувствовала, как внутри всё сжалось от страха. Ей ведь и в Кингисеппе было непросто: работа в милиции была не самой неподходящей для маленькой женщины. Но сказать такое в ответ Первому секретарю? Нет уж. Она лишь коротко уточнила:
— Думаете, я справлюсь с этой работой?
Киров улыбнулся.
— Если будет тяжело, скажите людям правду. Пусть помогают.
Так началась история Паулины Онушонок — первой женщины в СССР, возглавившей отделение милиции.
Сирота, революционерка и жена бунтаря
Женщины редко приходят в силовые структуры от хорошей жизни, особенно это справедливо для неспокойного времени начала 20 века. Паулина Сеглина родилась в 1892 году в латвийской деревушке. Семья жила в настоящей нищете, отец с матерью батрачили у немецкого барона за копейки.
Когда началась Революция 1905 года, её старшие братья подняли восстание: революционеры поджигали усадьбы, раздавали найденную еду беднякам. Но восстание было жестоко подавлено: один брат погиб, другого повесили, отца (за то, что вырастил таких сыновей) избили и выгнали из дома. Паулине, которой тогда было всего тринадцать, вместе с родителям пришлось бежать.
Судьба занесла её в Ригу, где она пошла работать на рыбоконсервный завод, а потом — печатницей в типографию. Именно там девушка познакомилась с Дмитрием Онушонком, революционером-ленинцем. Он стал её мужем и судьбой. Вскоре они оказались в Петрограде, на передовой Революции. Паулина вступила в партию большевиков и участвовала в штурме Зимнего дворца.
Когда началась Гражданская война, Паулина пошла работать в ВЧК. Ей поручали разведывательные задания: в своём бедном сереньком пальто она становилась почти невидимой, что было крайне полезно для такого рода деятельности. После победы большевиков её муж занял пост в Кингисеппе, и Паулина отправилась вслед за ним, где поступила на службу в милиции.
«До вечера шуба ваша, позже — наша»
В 1929 году, когда её вызвали в Смольный к Кирову, Паулина уже успела навести порядок в Кингисеппе. Тамошняя милиция не верила, что женщина может командовать взрослыми суровыми мужиками, но она очень быстро доказала обратное. Онушонок ввела жесточайшую дисциплину, лично ходила в ночные рейды и допрашивала задержанных бандитов. Постепенно она сделала свое отделение одним из лучших в стране.
Теперь ей предстояло разобраться с Лиговкой — самым криминальным районом Ленинграда. Когда-то здесь протекал Лиговский канал, но со временем его перестали использовать и, соотвественно, чистить – постепенно он превратился в сплошной поток вонючих нечистот. Но этим дурная слава района не ограничивалась: его облюбовали бандиты, хулиганы, шпана и беглые заключенные, здесь работали бордели и воровские малины. Мирные же горожане предпочитали обходить его стороной даже днём. Местная шпана установила свой закон, который залихвацки сформулировала в рифму: «До вечера шуба ваша, позже — наша».
Поворотным моментом в существовании района стал ужасный случай, произошедший с 20-летней комсомолкой Любой Беловой, приехавшей в город из деревни получать образование. Подробно я про него писать не буду ввиду его крайней жестокости – но вы всегда можете загуглить информацию дополнительно. Именно после этого резонансного происшествия власти плотно занялись лиговской шпаной, и ответственной за борьбу с бандитизмом назначили прекрасно зарекомендовавшую себя Паулину.
Она начала с того, что усилила патрули. Но быстро поняла: так просто тут не справиться. Тогда она решилась на отчаянный план.
Гроза Лиговки
Онушонок пришла к выводу, что для того, чтобы выйти на след преступников, нужно самой влиться в преступную среду. Поэтому днем она работала в отделении, а по вечерам — переодевалась в старую, ветхую одежонку и уходила на Лиговку. В платке и потрёпанной юбке она бродила среди уличных торговцев и нищих, слушая разговоры. Её тонкая чуть сгорбленная фигурка и тихий голос не вызывали подозрений. Преступники болтали при ней обо всём — и об очередном налёте, и о тайных складах ворованного.
А потом Паулина возвращалась в отделение, на основе услышанного составляла доклады и отправляла милиционеров в рейды. Так удалось арестовать самых матерых головорезов, которые считались неуловимыми годами. Её люди не церемонились: если преступники сопротивлялись, их расстреливали без раздумий. Вскоре многие преступники, чтобы избежать смерти, при сдавались при задержании буквально после нескольких предупредительных выстрелов.
Через полгода Лиговка изменилась до неузнаваемости. Трущобы начали сносить, ночлежки закрылись, на улицах стало безопасно.
Детская комната милиции и новая война
Но Паулина понимала: мало поймать преступников, надо бороться с беспризорностью, которая больше всего порождает криминал. После Гражданской войны тысячи детей остались на улицах. Они промышляли кражами, сливались в банды, жили в подвалах и на чердаках.
Тогда Онушонок предложила создать детские комнаты милиции — первые в СССР. Там беспризорникам давали еду, одежду, книги. С ними работали воспитатели, учили читать и писать, пытались вернуть к нормальной жизни. В 1933 году на все заслуги её наградили орденом Трудового Красного Знамени.
А потом грянула новая беда: Великая Отечественная война.
Во время блокады Ленинграда Паулина продолжала работать в милиции. Её подчинённые ловили мародёров, защищали продовольственные склады и устраивали облавы на дезертиров. Легенда ленинградской милиции не оставила пост даже тогда, когда город задыхался от голода и бомбёжек.
Финал легенды
После войны Паулина дослужилась до полковника. Её муж к тому времени уже умер. Детей у них не было, но они воспитывали шестерых приёмных. В старости она осталась одна, доживая свои дни в пансионате для пожилых большевиков.
Но люди не забыли её. Даже спустя годы работницы фабрики, которые когда-то боялись ходить по Лиговке, приносили ей цветы. А в милицейских частях её имя до сих пор упоминают с уважением.
Паулина Онушонок ушла тихо, но оставила после себя Лиговку — спокойную и безопасную. Район, который когда-то считался адом на земле.
