«Паршивое яблочко»

Ландграфиня рыдала, обхватив ноги мужа. Как ни пыталась она скрыть растущий живот, но молодой супруг ее простофилей вовсе не был. Два и два он сложить сумел, а потому вскоре задался вопросом: почему беременность молодой жены протекает так странно?

Казалось бы, лишь недавно были обвенчаны, а дитя вот-вот появится на свет…Непорядок! Бедной женщине осталось лишь одно: сознаться.

В мае 1626 года в замке Стегеборг родилась девочка, названная громким именем — Элеонора Катарина. Шестой ребенок в семье Йохана Казимира Пфальц-Цвайбрюккена, не слишком богатого и не слишком влиятельного графа, и его супруги Катарины, дочери шведского короля.

Муж в этом союзе — что, пожалуй, случалось в те времена достаточно редко — стоял ниже жены по положению, а потому и отношение к нему было соответствующим — снисходительным и чуть насмешливым.

Если Катарина близко дружила с братом, унаследовавшим трон отца, и принимала деятельное участие в воспитании племянницы, которой тоже суждено было занять престол, то супруг ее не имел подобного веса в обществе…

Словом, многие полагали, что Йохан Казимир годен лишь на то, чтобы регулярно увеличивать число детей в своей большой семье…Стоит ли удивляться, что дочери графа Пфальц-Цвайбрюккена росли в атмосфере не слишком позволительной свободы, пользуясь мягкостью матери и незначительностью отца?

И все же именно отец принимал решение о браке Элеоноры. Ей исполнялось семнадцать, когда руки ее просил «безумный Фриц» — двадцатишестилетний Фридрих Гессен-Эшвеге, известный своими подвигами на ратном поле. С 14 лет он считал домом военный лагерь: воевал в Вестфалии, сражался в Нидерландах, был нанят Швецией и командовал кавалерийским полком.

В общем, прозвище свое, по мнению современников, оправдывал. Однако, при всей любви к участию в славных битвах, Фридрих понимал: карьера добывается не только подвигами, но и связями. А что обеспечит покровительство при дворе лучше, чем брак с нужной девицей? Оттого-то и избрал он себе весьма многообещающую особу.

Переговоры затянулись на долгие три года: кандидатура жениха не всем казалась удачной. Но, наконец, формальные вопросы были решены: 1 июня 1646 года стороны подписали брачный контракт, а 6 сентября в Стокгольме справили громкую свадьбу. Все, казалось, шло вполне благополучно, до тех пор пока Фридрих не заметил: живот его супруги вырос слишком быстро!

Вызванная на серьезный разговор, Элеонора не стала отпираться, чувствуя, должно быть, тяжкий грех, камнем придавивший душу. Повалившись в ноги мужу, она созналась: несколько лет длился ее платонический роман с французским лютнистом Бесшоном…И, когда брачный контракт был подписан, они решили перевести свои отношения в физическую плоскость. Дело дошло до постели!

Что сказал ландграф рыдающей супруге доподлинно неизвестно. Впрочем, обдумав дело, он, сам далеко не безупречный муж, решил оставить все в секрете. Редчайший случай! Однако, опасаясь дальнейших похождений неверной Элеоноры, обсудил случившееся с ее братом: пусть присматривает за сестрицей!

Бесшон, Элеонора, ее брат и ее муж — посвященных в непристойную историю стало слишком много. Кто именно не смог удержать язык за зубами? Может быть, сам Фридрих, а может и его шурин. Так или иначе, но история о добрачном падении Элеоноры быстро перестала быть секретом.

К тому времени, как дитя появилось на свет, оглушительный скандал запятнал репутацию ландграфини. Не приглушила грязные слухи и скорая смерть малышки Маргарет — незаконного ребенка, ненужного и нелюбимого.

Скрываясь от безжалостных сплетников шведского двора, Элеонора предпочитала жить на родине мужа в Эшвеге. Фридрих лишь изредка навещал ее, отрываясь от театра очередных военных действий только для того, чтобы сделать жене еще одного — на этот раз своего — ребенка.

Так один за другим в браке появилось 5 совместных детей, из которых выжили лишь трое. А в 1655 году где-то в Польше нашел свою смерть и безумный Фриц.

Оставшись вдовой, Элеонора не спешила вернуться в Швецию: там еще памятно было ее позорное прошлое. Зато, считая, что Эшвеге слишком тих и провинциален, отправила в Стокгольм дочерей: пусть получат хорошее образование! А добрая королева Хедвиг позаботится о том, чтобы найти девочкам достойные партии…Знала бы Элеонора, что ее младшая — красавица Юлиана — повторит ошибку матери!

Когда в 1672 году вспыхнул скандал, придворные смаковали новость с улыбкой: «Паршивое яблочко недалеко от яблони упало!» Действительно, Юлиана сумела превзойти свою мать: она, незамужняя, но уже помолвленная, родила ребенка прямо в карете, когда выехала на прогулку со своей высокой покровительницей.

Отцом малыша оказался граф Густав Лилли, который в свои 33 года был женат и имел 4 официальных детей!

Юлиану с сыном поспешили отправить в дальнее поместье, на некоторое время вычеркнув из жизни двора. Однако спустя 7 лет она напомнила о себе очередным скандалом, вновь родив дитя. На сей раз — от сына экономки. Королевская семья поняла: от проблемы не отмахнуться.

Жану Жаку Маршану, отцу второго малыша, дали баронский титул и некоторые средства, взамен же он сочетался с Юлианой законным браком. Супруги переехали в Нидерланды, где обзавелись еще сыном и двумя дочерьми. О том, повторили ли эти две девочки — Элеонора и Софи Мари — судьбу матери и бабушки, сведений нет.

Оцените статью
«Паршивое яблочко»
«Барину было семьдесят»