«По­жа­луй­ста, пой­ми ме­ня. В ро­ма­не я дол­жен опи­сать мно­гих жен­щин». Первая жена Солженицына и её синдром жертвы

Жизнь Натальи Решетовской

(1919-2003)

Био­гра­фы «ве­ли­ко­го рус­ско­го прав­до­люб­ца» Але­к­сан­д­ра Сол­же­ни­цы­на ред­ко упо­ми­на­ют о его пер­вой же­не. Судь­ба На­та­льи Ре­ше­тов­ской ло­ма­ет ка­но­ни­че­с­кий об­раз пи­са­те­ля, как и ее в свое вре­мя сло­мал брак и раз­вод с Сол­же­ни­цы­ным.

Од­на­ж­ды в юно­сти бу­ду­щий пи­са­тель по­тре­бо­вал от мо­ло­дой же­ны на­пи­сать на ли­с­те бу­ма­ги бу­к­ву «Я» и за­черк­нуть ее. Во имя са­мо­от­ре­че­ния и пре­дан­но­сти. И На­та­лья Але­к­се­ев­на, раз­де­ляв­шая иде­а­лы му­жа, за­черк­ну­ла се­бя…

Она по­з­на­ко­ми­лась с «Са­ней» в Ро­с­тов­ском уни­вер­си­те­те, ко­г­да ей бы­ло 17 лет. Че­рез два го­да он сде­лал ей пред­ло­же­ние, и они впер­вые по­це­ло­ва­лись. Это бы­ло ро­ман­ти­че­с­кое, поч­ти кни­ж­ное чув­ст­во, ко­г­да с ми­лым рай и в ша­ла­ше. Мо­ло­до­го му­жа не сму­ща­ло, что его На­тусь­ке лег­че сдать не­сколь­ко гос­эк­за­ме­нов в уни­вер­си­те­те, чем при­го­то­вить что-то сло­ж­нее яи­ч­ни­цы.

Юная су­п­ру­га не за­ме­ча­ла не­ко­то­рой ску­по­сти су­же­но­го: всех по­дар­ков — бу­ке­тик лан­ды­шей, но­ты, кни­ги, се­ре­б­ря­ный ста­кан­чик на день ро­ж­де­ния. Жизнь те­к­ла ти­хо и спо­кой­но, лишь од­но об­ла­ч­ко ом­ра­ча­ло идил­лию: На­та­ша хо­те­ла де­тей, а Са­ня счи­тал по­я­в­ле­ние ре­бен­ка по­ме­хой для его даль­ней­ших пла­нов, и же­на ус­ту­пи­ла. Но пла­ны раз­ру­ши­ла вой­на.

Сол­же­ни­цы­на ко­мис­со­ва­ли по со­сто­я­нию здо­ро­вья, од­на­ко он до­бил­ся от­пра­в­ле­ния на фронт и при по­мо­щи под­дель­ных до­ку­мен­тов вы­звал к се­бе же­ну. Во­ен­ная ро­ман­ти­ка за­кон­чи­лась че­рез ме­сяц: обо­им на­до­е­ло вы­тя­ги­вать­ся по стой­ке смир­но, ко­г­да в блин­даж за­хо­дил стар­ший по зва­нию, и На­та­ша вер­ну­лась в тыл. Кто ж знал, что ждать му­жа при­дет­ся де­сять лет?

Сол­же­ни­цы­на аре­сто­ва­ли за пись­ма, в ко­то­рых он на­зы­вал Ста­ли­на «па­ха­ном». Об­ще­ние ме­ж­ду су­п­ру­га­ми све­лось к двум пись­мам в год и еже­ме­ся­ч­ным по­сыл­кам с вку­с­нень­ким, ко­то­рое На­та­ша по­ку­па­ла сна­ча­ла на про­ду­к­то­вые кар­то­ч­ки, а по­том на боль­шую часть сво­ей зар­пла­ты зав­ка­фе­д­рой сель­хо­зин­сти­ту­та. Муж пи­сал ей в от­вет: «Ты спа­с­ла мне боль­ше, чем жизнь».

Его бла­го­дар­ность по­мо­га­ла На­та­ше му­же­ст­вен­но пе­ре­но­сить ожи­да­ние: она не зна­ла, ко­г­да от­пу­с­тят Са­ню и от­пу­с­тят ли во­об­ще. Дру­зья и зна­ко­мые об­за­во­ди­лись семь­я­ми и деть­ми, а она да­же не сме­ла ни­ко­му ска­зать, что ее муж — по­лит­за­клю­чен­ный, и от ти­хих ры­да­ний по­те­ря­ла го­лос.

Од­на­ж­ды от от­ча­я­ния по­шла к га­дал­ке, та на­про­ро­чи­ла, что муж вер­нет­ся, но их даль­ней­шая судь­ба бу­дет за­ви­сеть от На­та­ши. Что мог­ла сде­лать жен­щи­на, пе­ре­черк­нув­шая свое «я»? И все-та­ки она по­пы­та­лась на­ла­дить ли­ч­ную жизнь.

В пись­мах Сол­же­ни­цын бла­го­род­но дал же­не «воль­ную». Она вос­поль­зо­ва­лась этим раз­ре­ше­ни­ем че­рез шесть лет ожи­да­ний, ко­г­да ей бы­ло 33 го­да.

По вре­ме­ни это ре­ше­ние сов­па­ло с ря­дом тя­же­лых со­бы­тий в био­гра­фии обо­их ге­ро­ев: у Сол­же­ни­цы­на об­на­ру­жи­ли ра­ко­вую опу­холь (по­с­ле об­лу­че­ния бо­лезнь чу­дом от­сту­пи­ла), На­та­лье то­же по­ста­ви­ли ди­аг­ноз рак мат­ки (это не­до­с­то­вер­ная ин­фор­ма­ция, тру­д­но пред­ста­вить, что жен­щи­на про­жи­ла с та­ким за­бо­ле­ва­ни­ем до 84 лет, но про­б­ле­мы со здо­ровь­ем под­виг­ли обо­их на кар­ди­наль­ные пе­ре­ме­ны в сво­ей жиз­ни).

На­та­ша ста­ла встре­чать­ся и фа­к­ти­че­с­ки со­з­да­ла се­мью с ов­до­вев­шим кол­ле­гой Все­во­ло­дом Со­мо­вым. По не­ко­то­рым све­де­ни­ям, Сол­же­ни­цын дал ей раз­вод, но са­ма она го­во­ри­ла в ин­тер­вью, что раз­во­да не бы­ло. Двое де­тей Со­мо­ва на­зы­ва­ли На­та­шу ма­мой, она то­же при­вя­за­лась к ним и поч­ти че­рез пять лет сча­ст­ли­вой со­в­ме­ст­ной жиз­ни уже со­бра­лась за­муж офи­ци­аль­но.

И в этот мо­мент из ссыл­ки вер­нул­ся Сол­же­ни­цын, про­чи­тал На­та­ше сти­хи, и она уш­ла к не­му. Так со­бы­тия вы­гля­дят во мно­гих био­гра­фи­че­с­ких ис­то­ч­ни­ках. Ни од­на де­таль не пе­ре­вра­на, но есть ню­анс: ме­ж­ду встре­чей с му­жем и воз­вра­ще­ни­ем к не­му про­шло че­ты­ре ме­ся­ца — На­та­ша при­ня­ла ре­ше­ние не сра­зу. Ей ка­за­лось, что кни­ж­ное сча­стье вер­ну­лось в их дом.

Оба пре­по­да­ва­ли в де­ре­вен­ской шко­ле в Ря­за­ни, на скром­ные на­ко­п­ле­ния ку­пи­ли пе­чат­ную ма­шин­ку, и На­та­ша ве­че­ра­ми ра­бо­та­ла у му­жа-пи­са­те­ля се­к­ре­та­рем. На­вер­ное, са­мым труд­ным для нее бы­ло на­би­рать лю­бов­ные эпи­зо­ды, ко­то­рые Сол­же­ни­цын брал из сво­ей жиз­ни.

Но рев­но­вать уже при­знан­но­го ма­с­те­ра сло­ва, ав­то­ра опуб­ли­ко­ван­ной по­ве­с­ти «Один день Ива­на Де­ни­со­вича», ка­за­лось глу­пым, ведь он так убе­ди­тель­но го­во­рил:

«По­жа­луй­ста, пой­ми ме­ня. В ро­ма­не я дол­жен опи­сать мно­гих жен­щин, но это не зна­чит, что я хо­чу их ви­деть за обе­ден­ным сто­лом».

И до­ба­в­лял, что бу­дет лю­бить и ле­ле­ять же­ну, да­же ко­г­да она ста­нет ста­рень­кой…

В 1970 го­ду при­шло из­ве­с­тие о при­су­ж­де­нии Сол­же­ни­цы­ну Но­бе­лев­ской пре­мии за «Ар­хи­пе­лаг ГУ­ЛАГ». Од­но­вре­мен­но На­та­ша уз­на­ла, что уже год ее муж встре­ча­ет­ся с дру­гой На­таль­ей (Свет­ло­вой), ко­то­рая ино­гда вы­пол­ня­ет ра­бо­ту бес­плат­ной ма­ши­ни­ст­ки, и она ждет от не­го ре­бен­ка.

В од­но­ча­сье в жиз­ни На­та­ши рух­ну­ло все: ни се­мьи, ни де­тей, ни про­сла­вив­ше­го­ся по­с­ле дол­гих лет ис­пы­та­ний му­жа, ни на­у­ки (она бы­ла хо­ро­шим хи­ми­ком), ни твор­че­ст­ва (и та­лант­ли­вой пи­а­ни­ст­кой). По­э­то­му ко­г­да Сол­же­ни­цын по­про­сил раз­вод, На­та­ша вы­пи­ла три­д­цать шесть таб­ле­ток ме­ди­на­ла. Сол­же­ни­цын ус­пел вы­звать вра­чей, и че­рез трое су­ток жен­щи­на при­шла в се­бя.

На вто­рую прось­бу о раз­во­де она на­шла си­лы прий­ти в суд, но ус­лы­шав во­п­рос су­дьи: «Ка­кой бы­ла ва­ша де­ви­чья фа­ми­лия?» — по­че­му-то ре­ши­ла, что ее от­вет и есть раз­вод, раз­вер­ну­лась и уш­ла. Толь­ко по­том уз­на­ла, что без ее под­пи­си раз­вод не со­сто­ял­ся.

Тре­тий раз муж по­про­сил не раз­вод, а «со­вер­шить са­мо­по­жер­т­во­ва­ние ра­ди ре­бен­ка». Что-что, а жер­т­во­вать со­бой На­та­ша уме­ла. И поч­ти че­рез три го­да офи­ци­аль­ный раз­вод на­ко­нец со­сто­ял­ся.

Быв­шая же­на по­хо­ро­ни­ла свое про­шлое в бу­к­валь­ном смы­с­ле: вы­ры­ла мо­гил­ку на да­ч­ной гряд­ке, по­ло­жи­ла ту­да фо­то­гра­фию му­жа и при­сы­па­ла зе­м­лей. Поз­же Сол­же­ни­цын слу­чай­но на­шел «по­гост» и дал во­лю гне­ву: по­хо­ро­ни­ла жи­во­го че­ло­ве­ка! То же са­мое На­та­ша мог­ла бы ска­зать о се­бе. Од­на­ко стран­ный ри­ту­ал ей по­мог. Она ре­ши­ла до­ка­зать всем и се­бе в пер­вую оче­редь, что бы­ла глав­ной жен­щи­ной в жиз­ни ге­ния.

На­та­ша на­пи­са­ла кни­гу, по­том еще не­сколь­ко. Пуб­ли­ка­ция вос­по­ми­на­ний на­все­г­да рас­со­ри­ла быв­ших су­п­ру­гов. Сол­же­ни­цын был уве­рен, что На­та­ша про­да­лась КГБ. Де­с­кать, не слу­чай­но она убе­ж­да­ла его из­ба­вить­ся от ру­ко­пи­си «Ар­хи­пе­ла­га ГУ­ЛАГ», ко­г­да за хра­не­ние этой кни­ги са­жа­ли на во­семь лет, и в сво­их ме­му­а­рах ста­ви­ла под со­м­не­ние прав­ди­вость про­из­ве­де­ния.

Воз­мо­ж­но, Сол­же­ни­цын был прав, ведь пер­вая кни­га вы­шла в АПН, ко­то­рое ку­ри­ро­ва­ло КГБ. Кро­ме то­го, На­та­ша вы­шла за­муж за ре­да­к­то­ра АПН Кон­стан­ти­на Се­ме­но­ва, ре­цен­зи­ро­вав­ше­го ее вос­по­ми­на­ния. Од­на­ко в кни­ге «АПН — я — Сол­же­ни­цын. Моя при­жиз­нен­ная ре­а­би­ли­та­ция» На­та­ша на­ста­и­ва­ла на сво­ей не­ви­нов­но­сти.

Ста­рость она встре­ти­ла оди­но­кой. Ее жизнь по-пре­ж­не­му кру­ти­лась во­к­руг быв­ше­го му­жа, ра­ди ко­то­ро­го она со­з­да­ла не­сколь­ко му­зе­ев. И про­дол­жа­ла ждать, хра­ня за­па­с­ной клю­чик от квар­ти­ры на слу­чай, ес­ли Са­ша вер­нет­ся.

На­пра­с­но. Сол­же­ни­цын ог­ра­ни­чил об­ще­ние не­сколь­ки­ми по­зд­ра­ви­тель­ны­ми от­крыт­ка­ми и кор­зи­ной роз на 80-ле­тие. По­с­лед­ние три го­да На­та­лья Алексе­ев­на Ре­ше­тов­ская из-за стар­че­с­кой сле­по­ты и бо­лез­ней поч­ти не вста­ва­ла с по­сте­ли. Умер­ла она во сне в воз­рас­те 84 лет.

Оцените статью
«По­жа­луй­ста, пой­ми ме­ня. В ро­ма­не я дол­жен опи­сать мно­гих жен­щин». Первая жена Солженицына и её синдром жертвы
«Любовь — это постоянный страх потери». В чём был секрет долгого семейного счастья Владимира Коренева?