«Сдавайся, русская!»

Её толкнули, и она упала в снег. Но опять поднялась: босая, посиневшая. И ее голос вновь прозвучал в наступившей тьме: «Матери, родные, слышите меня?… Я правды своей не выдала!» 13 ноября 1941 года для партизанки Александры Дрейман все было закончено.

А ее историю, несколько месяцев спустя, записал военный корреспондент. Так в «Правде» и вышел очерк, который всех потряс…

Дрейманы в Поречье жили очень бедно: до Первой мировой отец держал в руках их маленькое хозяйство. Но он вернулся с фронта уже тяжело больным, поэтому крутиться теперь приходилось всем.

Саша пасла коров, братья кололи дрова и наловчились складывать печи, и только младшая сестра попала в школу. Решили в семье так: пусть хоть один ребенок постигает грамоту. А потом дома, по ее тетрадкам, занимаются и остальные.

Они приехали из Либавы в подмосковное село в 1911-м году. Вышло так, что родственник Дрейманов устроился садовником к графу Уварову.

Приглядел местечко и для своих. Несколько лет спокойной и тихой жизни окончательно убедили переселенцев, что они сделали правильный выбор… Кабы не Первая мировая! А потом все стремительно поменялось: произошла революция, графское поместье сгорело, затем организовали колхоз.

Саша превратилась в крепкую девушку – работы не боялась, никогда не отлынивала, везде пыталась чему-то научиться и со временем даже поступила в строительный техникум. Пригодились сестрины тетрадки! Когда ее позвали в председатели сельсовета, никто особенно не удивлялся: а кому же еще?

С детства умеет со всем управляться, честная, добросовестная и незлобивая. Отец, Мартын Дрейман, к тому времени умер, вся родня разъехалась по городам и весям, так что осталась в стареньком доме лишь одна Саша с полуслепой матерью.

— Замуж тебе надобно. – Вздыхала мать.

— Да кто ж меня возьмет? – Весело отвечала Саша. – Тридцать уже. Да и красотой не похвастаюсь.

Ее и правда никто замуж не звал. Пока работала да училась, миновали годы юности. А там подросло поколение сельских задорных девчонок, которые быстро нашли себе женихов. Куда там Саше тягаться с ними!

Конечно, мечталось о надежном плече, о добром друге и особенно… о ребенке. Когда сестры приезжали ее навестить со своими детьми, Саша порой смахивала слезинку.

— У каждого свое счастье. – Шептала она.

Вскоре предложили Саше должность начальника районного отдела в соседней Уваровке. Поговорили с матерью, обсудили, да и отправились в путь. Сначала на Сашу смотрели с подозрением – женщина на таком месте? Обычно мужчины дорогами управляли. Но потом увидели, что Саше Дрейман любой местный специалист в подметки не годится.

А к лету 1940-го года появился у нее и поклонник – Иван Ермоленко из «Заготзерна». Мужчина молодой, в тех краях – пришлый, но ничего дурного за ним не водилось. Ухаживания длились недолго, а весной 1941-го Ермоленко сделал Саше предложение…

Она не верила своему счастью. Так скоро, так внезапно, когда она оставила всякую надежду! Теперь молилась только об одном – чтобы поскорее появился на свет малыш. Но все планы на будущее разрушила война. 22 июня 1941 года Саша, как и все односельчане, приникла к радиоприёмнику.

— Мама, езжай в Москву, к Ане. – Предложила дочь. – Так мне спокойнее будет.

— А ты? – Удивилась мать. – Неужели останешься?

— А как я могу? У меня работа, люди…

С тревожным сердцем расставались мать и дочь. Что-то тяжелое витало в воздухе, какое-то нехорошее предчувствие… А потом в Уваровке начали готовить партизанский отряд, на случай прихода фашистов.

Сашу тоже записали, а вот ее мужа – нет. Он не мог внятно объяснить и доказать с документами, откуда он приехал. Жене рассказывал, что все сгорело в старом отцовском доме. Но эту версию на веру принимать не стали.

В леса уходили в октябре 1941-го. Саша сходила с ума от беспокойства – муж пропал! Даже записки не оставил! Но вскоре было уже не до него – немцы наступали, и партизаны принялись действовать.

Считается, что Саша помогла организовать подрыв как минимум четырех мостов и переправ, что позволило задержать противника. А потом перестала выходить на связь с партизанами.

— Предала! – Говорил командир с горечью. – Сдалась немцу!

Однажды ночью к дому, где жила Саша, тихонько подобрались двое вооруженных партизан. Действовать приходилось крайне осторожно, ведь Уваровку заняли враги. Постучались в знакомую дверь, Саша открыла…, и они всплеснули руками. Женщина стояла на пороге, кутаясь в шаль, которая едва закрывала большой живот.

— Куда я вам такая? – Говорила она. – Сейчас разрожусь, а потом приду.

…В отряде вздохнули спокойно: никто не хотел верить, что Саша – предательница. Не ведали они, что буквально на следующее утро за женщиной пришли фашисты. И что в тот же самый день по Уваровке весело расхаживал Иван Ермоленко в немецкой форме.

Уже позже появилась вполне реальная версия, что Ермоленко был засланным шпионом. И что как раз он рассказал своему начальству о делах жены. Почему-то было решено, что надавить на беременную женщину – проще простого. Что расскажет Саша о своих друзьях-партизанах, и для того не потребуется даже никаких усилий.

Обер-лейтенант Хазе не смог добиться от Саши ни единого звука. «Сдавайся, русская!» — на ломанном языке повторял он. Но Дрейман не отвечала. Не проронила ни слова, когда ее ударили…

Мальчик родился вскоре после этого. В дровяном сарае, где держали Сашу, царил невыносимый холод. Подруга, Нюрка, сумела подобраться да передать одеяло да кофту.

— Я жду, когда все закончится. – Тихо произнесла Саша. – Это скоро, не сомневайся.

Ей поставили условие – или она расскажет про партизанский отряд, или ребенок не будет жить. Но она и тогда промолчала. Невозможно даже представить, что чувствовала мать, когда видела, как перестал дышать ее малыш.

Ее вывели на мороз 13 ноября 1941 года. Толкали, и она падала. А потом снова поднималась.

— Матери, родные, — проговорила она с трудом, — слышите меня? Я сына своего не пощадила… но правды не выдала…

Несколько залпов навсегда заставили ее замолчать. А 22 января следующего, 1942-го года, немцы бежали из Уваровки. Там же вскоре побывал корреспондент газеты «Правда», которому и рассказали о подвиге Саши Дрейман. Уже 16 февраля 1942 года за доблесть и мужество она посмертно получила орден Ленина.

Оцените статью
«Сдавайся, русская!»
Нос принцессы