Ее лицо превратилось в уродливую маску из красных и белых полос и пятен. Такого публичного унижения графиня мужу не простила. Она всего лишь хотела быть красивой, спустилась к гостям с пудрой и румянами на лице, а он пришел в ярость и при всех стер косметику, размазав все и даже испачкав дорогие кружева на ее платье.
Мария топнула ножкой и удалилась, она все равно будет пользоваться косметикой, нравится это графу Ковентри или нет, в конце концов, все дамы при дворе короля Людовика XVI так поступают, сама маркиза де Помпадур не появляется на публике, не припудрив лица и не нанеся нежнейших розовых румян!
Она готова на все, только бы оставаться популярной и слыть самой модной и красивой дамой в обществе! Не зря же она вышла замуж за этого богатого зануду!
Мэри Ганнинг родилась в Кембридже в 1733 году. Ее отец, Джон Ганнинг, был родом из Каслкута, графство Роскоммон, а ее мать, Бриджит Бурк, была дочерью Теобальда Бурка, 6-го виконта Мейо.
Хотя ее мать происходила из ирландской знати, семья жила в относительной бедности.
К 1740 году их положение в Кембриджшире ухудшилось, и они решили начать новую жизнь в родном городе Джона Ганнинга, Роскоммоне, в Ирландии.
Ах, как хотелось маленькой Мари носить нарядные платья, иметь меховую муфту, кататься в карете с гербами. Она как завороженная наблюдала за роскошными дамами и потом вместе с сестрой разыгрывала сценки, представляя себя графиней, герцогиней, принцессой, покоряющей сердца кавалеров.
Мать с грустью смотрела на девочек. Мария и Елизавета росли красавицами, да только никакого приданого дать за ними семья не могла, а значит, найти им достойных мужей не выйдет. Но ведь красота уже сама по себе дорогого стоит и открывает двери.
С полного одобрения матушки сестры стали обучаться актерскому мастерству. В Ирландии XVIII века актерство не считалось подобающим занятием для девушек благородного происхождения, зато они могли познакомиться с богатыми покровителями, а там, кто знает, может быть, и выйти замуж. Сестры Ганнинг были очаровательны, привлекали всеобщее внимание и очень быстро обзаводились нужными знакомствами.
В 1748 году на балу в Дублинском замке они были представлены графу Харрингтону, лорду-лейтенанту Ирландии. Им пришлось позаимствовать бальные платья из костюмерной театра, поскольку позволить себе заказать платья девушки не могли, но даже в этих театральных нарядах они произвели на графа столь незабываемое впечатление, что он стал ходить на все представления и приглашать их к себе, а позже и вовсе назначил их матери пенсию.
Успех был потрясающий, так что мадам Бриджит решила, что самое время ее девочкам отправить покорять Лондон. В первый же сезон сестры Ганнинг были приглашены в Сент-Джеймский дворец и представлены Его Величеству королю Георгу II.
Исторический анекдот гласит, что восхищенный прелестью Марии король спросил, какое зрелище или торжество она хотела бы увидеть больше всего, а девушка довольно бестактно ответила: «Королевские похороны». На ее счастье король счел этот ответ забавным.
В течение двух лет ее сестра Элизабет вышла замуж за герцога, а сама она вышла замуж за графа, владевшего неопалладианским особняком в Вустершире.
Джордж Уильям, 6-й граф Ковентри, был великолепной партией. Молодой, ему только исполнилось тридцать, хорош собой, богат, член Палаты лордов, о чем еще можно мечтать! Правда, у лорда были довольно строгие принципы, и, женившись на молоденькой красавице, он полагал, что она станет степенной леди. Мария же мечтала быть в центре каждого праздника, бала, маскарада.
В медовый месяц граф увез новобрачную в Париж. Это было то самое место, где Мария должна была бы почувствовать себя счастливой, но она не уставала жаловаться. Мария не говорила на французском, а кроме того чувствовала себя в обществе придворных дам словно голая. Ведь муж запрещал ей пользоваться модной пудрой! Тогда как все дамы были нарашены, их личики были словно у фарфоровых куколок, а на щечках нежный румянец, результат прикосновения румян.
Однажды Мария решила ослушаться графа и спустилась к гостям с напудренным лицом. Джордж Уильям достал платок и при всех совершенно бесцеремонно стер косметику с ее лица, на самом деле размазав ее, превратив ее личико в маску. Пришлось уйти и умыться. Мария была оскорблена и возмущена.
Вернувшись в Англию, графиня все же пошла на уступки и даже родила мужу троих детей. Однако в домашнюю хозяйку и степенную леди она не превратилась, предпочитая эпатировать общество своими нарядами и макияжем, право носить который она все же отстояла.
Графиня Ковентри была очень популярной особой, стоило ей появиться в Гайд-парке, как собиралась толпа и охране приходилось расталкивать зевак.
Однажды прогуливаясь в парке она встретила свою давнюю соперницу, актрису и ночную королевы Китти Фишер.
— Какое прелестное на вас платье, откуда оно? – вежливо поинтересовалась графиня.
— Вам лучше спросить у вашего супруга, ведь это его подарок, — отвечала Китти.
Это было правдой, граф Ковентри был одним из самых постоянных ее поклонников. Но не мисс Фишер разлучила Марию с ее супругом. Это сделала пудра…
Со временем макияж стал так популярен и моден, что английские дамы последовали за французскими и стали обильно пудриться, покрывая белой вуалью не только лица, но и волосы. Мария Ковентри всегда использовала макияж, подражая мадам Помпадур.
Но основным компонентом пудры был свинец. Дамы в погоне за красотой травили себя, вдыхая ядовитые вещества. Они страдали от воспаления глаз, кожных высыпаний, проблем с зубами, и все равно ежедневно наносили на себя ядовитую пыль.
30 сентября 1760 года Мария, прекрасная графиня Ковентри, преждевременно скончалась в возрасте 27 лет. Ее стремление подчеркнуть свою красоту, тщеславие и погоня за модой в светских кругах обеспечили ей титул «Жертва косметики».
