«Не лягу с вами, пока не подпишете бумагу!» — захлопнула невеста перед ним дверь своей спальни в первую же брачную ночь. Сколько ни бил он кулаками, ни злился, ни угрожал — всё напрасно.
А когда прибежали слуги, чтобы по приказу барина дверь сломать, молодая пригрозила: «Застрелюсь, если войдёте!».
В конце XIX века купец первой гильдии, ворочавший миллионами, выдавал дочь замуж. Жениха выбрал сам — молодого князя из обедневшего рода. Титул, связи, древняя фамилия — вот что нужно было купцу. А князю нужно было приданое. Большое приданое.
Девушку спросили, согласна ли она. Она не противилась. Не от любви — от долга перед семьёй. Брат только начинал своё дело и нуждался в поддержке, отец надеялся породниться с аристократией. Она знала: её продают, но цена была высокой.
Свадьбу сыграли с размахом. Венчание — в красивойцеркви. Гости — триста человек, половина из них — князья и графини. Пир длился до полуночи.
А потом гости разъехались.
Муж поднялся в спальню. Дёрнул ручку. Дверь была заперта.
— Открой! — приказал он.
Тишина.
— Ты слышишь меня? Открой немедленно!
Из-за двери раздался спокойный голос:
— Я не лягу с вами, пока вы не подпишете документ.
— Какой ещё документ?
— О моём приданом. Я хочу знать, что останется за мной, если вы меня прогоните.
Князь взбесился. Он кричал, угрожал, стучал кулаками. Она не отвечала. Он позвал слуг, приказал выломать дверь. Слуги отказались — они слышали, что барыня грозилась застрелиться, если кто-то войдёт.
Ночь прошла. Наступило утро. Дверь не открывалась.
Князь ходил по коридору, как зверь в клетке. Он требовал, чтобы невесту вызвали к полицмейстеру.
Полицмейстер приехал, но невеста отказалась открывать и ему.
— Это моё законное право, — сказала она. — Я не обязана впускать мужа, пока он не докажет, что не лишит меня имущества.
Полицмейстер развёл руками. В законе такого случая не было прописано.
Вторую ночь князь провёл в кабинете, не смыкая глаз. Утром он сдался. Приказал управляющему принести бумаги. Подписал всё, что она требовала. Положил документы на поднос. Поставил на пол у двери. И отошёл.
Через минуту дверь приоткрылась. Изящная рука подхватила бумаги. Дверь снова захлопнулась.
Ещё через полчаса она открылась. Девушка вышла — свежая, спокойная, в утреннем платье.
— Благодарю вас, сударь, — сказала она. — Я готова исполнить супружеский долг.
Князь посмотрел на неё и… не нашёл слов. Он покорился. Но счастья в этом браке не было.
Через год Анна подала на развод. Суд встал на её сторону — приданое осталось при ней. Она уехала в Париж, вышла замуж за французского графа и дожила до глубокой старости, окружённая деньгами и любовью.
Князь больше никогда не женился. Говорят, он так и не смог простить женщине, что она оказалась сильнее его.
