-Никогда я не смогу ни простить ей этого, ни забыть, — рыдала безутешная Зинаида Николаевна над бездыханным телом своего первенца. — Это не проклятье, во всем виновата порочная женщина!
Проводить в последний путь Николая Феликсовича Юсупова собрался весь свет Санкт-Петербурга, на последний поклон усопшему явились чуть ли не в полном составе все члены императорской фамилии, бывшие на тот момент в Северной столице. Общество было шокировано очередной потерей в столь заметном семействе. И да, шептались о проклятии. Двойном.
Двойное проклятье
Род Юсуповых в Российской империи славился своими обворожительными женщинами и несчастной судьбой сыновей. Говорили о стародавнем заклятии, наложенном на Ибрагима, сына хана Юсуфа-Мурзы, основателя рода, одного из знатнейших беков Ногайской орды.
Ибрагим поступил на службу к царю Ивану Васильевичу Четвертому, а однажды совершил оскорбление патриарха. Не зная правил православного поста, подал на стол предстоятеля церкви отборного гуся в яблоках. Патриарх поспешил с жалобой к государю, Иван Грозный рвал и метал, тогда Ибрагим дал обет принять православие. От такого разозлились уже соплеменники-ногайцы. Сильная ведьма наложила на отступника проклятье:
-Да будет в каждом поколении лишь один наследник, а остальные сгинут, не перешагнув 26-летнего возраста! И пусть род его расточится, превратившись в ничто!
Так все и было: у Юсуповых рождались сыновья, но лишь один перешагивал рубеж 26 лет. Некому было спорить о наследстве, богатство оставалось в руках единственного выжившего, потому Юсуповы и стали сказочно богатыми, но сколько же слез пролили за века матери несчастных сыновей, которые знали, качая очередную колыбель, что в конце останется только один.
Гибель на дуэли Николая Феликсовича Юсупова в возрасте 25-ти с половиной лет в канву проклятья укладывалось. У Зинаиды Николаевны оставался лишь младший — Феликс, тот самый, который потом будет принимать участие в заговоре против Распутина.
Но… в деле Юсупова было и еще одно проклятье — женское. Николай погиб от руки ревнивого мужа красавицы, которая с детства воспитывалась в доме сестры своей прабабушки — Авроры Карловны Шернваль-Демидовой-Карамзиной, считавшейся «черной невестой», так как мужчины, любившие ее уходили молодыми. И женихи, и мужья, и единственный сын.
Роковая встреча
У Зинаиды Николаевны Юсуповой не было братьев. Ее муж Феликс Сумароков-Эльстон с императорского разрешения после свадьбы взял фамилию тестя, чтобы не пресекся знатный род. Фамилия выжила, ее вместе с родовым проклятьем получили два сына пары Николай, родившийся в 1883 году и Феликс, появившийся на свет в 1887.
Красивые, высокие, стройные, образованные, богатые, талантливые Николай и Феликс Юсуповы были мечтой невест и их маменек тогдашнего высшего света. Николай увлекался театром, даже руководил любительской труппой в 22 года, чем изрядно огорчал отца, который мечтал, чтобы старший сын выбрал более серьезное занятие, остепенился и женился.
Николай действительно вскоре захотел жениться, но этот брак не устраивал Юсуповых, невеста пользовалась в обществе не самой лучшей репутацией и, к тому же, уже была помолвлена с другим.
Марина Александровна Гейден была старшей дочерью графа, девочка родилась в 1889 году, свою красоту Марина унаследовала от прабабушек, а Аврора Карамзина, доживавшая свой век в одиночестве, утешалась тем, что у ее сестры было множество внучек и правнучек. Марина жила у нее практически до кончины пожилой дамы в 1902 году.
В 18 лет родители вывели Марину в свет, где она получила место фрейлины двора и практически тотчас же нашла себе жениха. В 1907 году, осенью, состоялась помолвка Марины Гейден и кавалергарда графа Арвида Мантейфеля. Тот, увидев в театре 18-летнюю Марину Мантейфель влюбился в веселую блондинку без памяти.
В свете о Марине были негативные мнения. Отмечали ее привлекательную внешность, популярность у кавалеров, легкий нрав и… отчаянное кокетство. Мантейфель Марине не нравился, но когда граф сделал предложение, родители девушки увидели в нем отличную партию для дочери и настояли на браке.
Венчание было назначено на апрель 1908 года, жених изнывал в нетерпении, а невеста вовсю кокетничала с другими. В марте того же года, за месяц до свадьбы, в одном из театральных кружков произошла роковая встреча Марины и Николая Юсупова.
Рассказывали, что Марине молодой Юсупов понравился сразу и она тут же принялась испытывать на нем свои чары, но Николай отнесся к девушке холодно. Ничто так не распаляет желание обладать трофеем, как первоначальная неудача. Гейден поклялась себе завоевать поклонника во что бы то ни стало. Где в этой схеме был жених? Его и не было.
Зато была роль в любительской постановке, в которой участвовали представители знатнейших фамилий. Это была роль отвратительной горбатой старухи, но Марина сыграла ее блестяще, Николай, исполнявший в пьесе главную роль был восхищен и покорен.
Тайные встречи стали явными
Влюбленный Юсупов потерял голову, он даже обратился к родителям за разрешением на брак с Мариной, полагая, что обручение — еще не венчание. Родители пришли в ужас: не слишком богатая кокетка, невеста с уже готовым подвенечным нарядом — это не для их драгоценного отпрыска.
Сватовство не состоялось, да и не могло состояться. В то время помолвки, конечно, время от времени разрывали, но это всегда был скандал. Скандала Юсуповы не хотели и Марина Гейден стала Мариной Мантейфель, отправившись с молодым и уже рогатым мужем в свадебное путешествие в Париж.
За ними практически сразу помчался и Николай Юсупов. Официально — послушать Шаляпина, на деле — потому что Марина прислала ему письмо полное тоски и любви. Если у Мантейфеля и были закрыты глаза до венчания, в Париже они открылись. Юсупов остановился в роскошном отеле «Meurice», Марина его посещала.
В конце концов они стали неосторожны и их увидели вместе соотечественники. Мантейфель был в бешенстве. Он хотел просто потребовать от Марины развода, в конце концов, такое в России время от времени случалось, но… в дело вмешались офицеры из окружения обманутого мужа. Начались подначки, что дело нельзя оставлять просто так, что пятно на чести смывается только к р о в ь ю.
Юсуповы, что-то подозревая, отрядили в Париж своего младшего сына, братья стали к этому времени очень дружны и родители надеялись, что Феликс сможет удержать Николая от необдуманных шагов. Это полагала и Марина. Она написала Феликсу:
«Я умоляю Вас сделайте так, чтобы Николай не приехал теперь в Петербург… Полк будет подбивать на дуэль, и кончится очень плохо… ради Бога, устройте так, чтобы Ваш брат не появлялся в Петербурге… Тогда злые языки успокоятся, и к осени все уляжется».
Ошиблись все: и родители, и брат, и неверная жена, Феликсу ничего не удалось сделать, брат принял вызов Мантейфеля и поспешил в Санкт-Петербург. Зинаида Николаевна после возвращения первенца принялась его расспрашивать, о поединке уже вовсю носились слухи, но сын заверил ее, что дуэли не будет.
Дуэль
«Дорогая моя Марина! Мне страшно тяжело, что я не увижу тебя перед смертью, не могу проститься с тобой и сказать тебе, как сильно я люблю тебя…», — эти строки Николай Феликсович написал Марине утром 22 июня (5 июля по новому стилю) 1908 года.
Запечатав письмо, Николай вышел из роскошного особняка родителей и сел в экипаж. Кучеру он приказал везти его на Крестовский остров, который издавна был излюбленным местом дуэлянтов. Разъяренный Мантейфель уже ждал своего соперника. Мириться мужчины отказались, стреляться было решено с 30-ти шагов.
Первый выстрел достался Юсупову и он сделал его в воздух, Мантейфель «сливать» свою попытку не стал, но промахнулся. По правилам дуэли соперники должны были продолжить поединок, но уже с 15-ти шагов. Николай снова стрелял в воздух, но ответного благородства не дождался, обманутый муж выстрелил практически в упор, пробив легкое. Отмщение состоялось.
«… я должна приложиться к его г р о б у… я должна помолиться на нем. Вы должны понять это, Феликс, и помочь мне. Устройте это как-нибудь ночью, когда все будут у Вас спать! Помогите мне пробраться в церковь, сделайте это для меня, сделайте это для Вашего брата!» — писала потрясенная Марина младшему брату Николая.
Помогать женщине, которую семья считала виновной в трагедии, никто не стал. После революции 1917 года место последнего приюта Николая Юсупова подверглось разграблению и долго считалось, что оно утрачено. Но сейчас сотрудники музея-усадьбы «Архангельское» полагают, что Николай покоится на территории усадьбы со своей тетей Татьяной Юсуповой.
Послесловие
У Юсуповых остался лишь один сын, все произошло так, как гласило давнее пророчество. Феликс Феликсович Юсупов благополучно пережил революцию, эмигрировал, скончался за пределами Родины в преклонных летах.
Мантейфель, такой гордый своей местью, вынужден был покинуть полк. Сослуживцы, подначивавшие его к дуэли, узнав о двух выстрелах Юсупова в воздух, отвернулись от графа — такое поведение считалось бесчестным. Арвид Мантейфель уехал во Францию, в 1910-м женился на Марии Шрейдер. В Россию Мантейфель не вернулся.
Говорят, через 52 года после дуэли в эмиграции Феликс Юсупов встретил человека, который лишил его брата жизни, оба уже немолодые, они едва не подрались. Феликс тоже не простил.
Марина стала в обществе изгоем, ее не принимали, не приглашали, с ней не здоровались, ее подвергли настоящей «отмене». С мужем она развелась и уехала из России, выбрав для жительства Швейцарию. Средств к существованию у нее практически не было и Марина едва не стала зарабатывать актерским ремеслом. Отец не позволил, прислав непутевой дочери деньги.
Через 8 лет после роковой дуэли Марина вторично вышла замуж за полковника Михаила Михайловича Чичагова, родила ему сына. Но брак тоже не был счастливым и закончился разводом. Возлюбленного она пережила на 66 лет, оставив мемуары, которые назвала «Рубины приносят несчастье». Скончалась женщина, погубившая Николая Юсупова в Монте-Карло весной 1974 года.
