Знаете, когда в простой семье ждут прибавления, папа с мамой просто ищут красивое и доброе имя для малыша. А вот у наших эстрадных небожителей всё не как у людей. Там имя ребенка часто превращается в громкую рекламную акцию, способ напомнить о себе, а то и вовсе — в тяжелый крест, который ни в чем не повинному человечку потом приходится тащить на себе долгие годы.
Прямо сейчас мы с вами наблюдаем именно такую, очень болезненную историю в семье Филиппа Киркорова. Его единственная дочка, чье рождение когда-то с невероятным отрывом отмечала вся страна, выросла. У девочки начался сложнейший переходный возраст, и она устроила отцу настоящий бунт.
Она наотрез отказывается быть частью отцовской ярмарки тщеславия и, что самое поразительное, публично открещивается от имени той самой женщины, в честь которой ее назвали. Давайте разберемся, как золотая клетка и чужие амбиции заставили подростка бежать на другой конец света.
Памятник чужой любви: как Филипп обрек дочь на вечные сравнения
Чтобы понять масштаб драмы, которая сейчас происходит в душе тринадцатилетней девочки, нам нужно отмотать время назад, в конец 2011 года. Тогда Филипп Бедросович устроил из рождения своей дочери грандиозное национальное шоу. Об этом объявили со сцены престижной премии, этому посвящали многочасовые эфиры программы «Пусть говорят».
Сам счастливый отец с придыханием и слезами на глазах заявил на всю страну, что дал дочери двойное имя — Алла-Виктория. Имя Виктория было дано в память о самом святом человеке в жизни певца — его покойной матери Виктории Марковне, уход которой стал для него незаживающей раной. А вот первая часть имени — Алла — была данью уважения его главной, многолетней музе, бывшей жене и Примадонне российской эстрады Алле Пугачевой.
Для самого Киркорова это был невероятно красивый, театральный жест. Он словно воздвиг живой памятник своей великой любви. Но подумал ли он тогда о самом ребенке? С первых дней жизни малышка была обречена на то, что к ней будут прикованы тысячи объективов. Журналисты при каждом удобном случае спрашивали маленькую девочку:
«А ты знаешь, в честь кого тебя назвали? А ты хочешь быть такой же великой певицей, как Алла Борисовна?».
Для маленького ребенка это непосильная психологическая ноша. Тебя постоянно сравнивают с женщиной, которую ты, по сути, видишь только по телевизору или на редких семейных застольях. Ты обязана соответствовать чужому, навязанному тебе величию.
Крах иллюзий: почему имя стало вызывать отторжение
Но годы шли, и сказка начала рушиться на глазах. Все мы прекрасно знаем, что произошло в последние несколько лет. Отношения между Филиппом Киркоровым и Аллой Пугачевой не просто испортились — они были разорваны в клочья.
После отъезда Примадонны из страны их пути разошлись окончательно. Сам Филипп в недавних интервью с горечью признавался, что они не общаются уже больше пяти лет. Он даже перестал называть ее по имени, ограничиваясь холодными формулировками вроде «эта певица» или «моя бывшая жена».
И представьте теперь, каково жить с этим девочке-подростку? Она каждый день слышит, как ее имя произносят в доме, где саму обладательницу этого имени теперь, мягко говоря, не жалуют. Алла-Виктория вступила в самый сложный, переходный возраст, когда фальшь и лицемерие взрослых чувствуются особенно остро.
Точкой невозврата стал эпизод, который недавно просочился в светские кулуары. На одном из закрытых мероприятий, куда Киркоров по привычке привел своих наследников, кто-то из назойливых гостей решил сделать девочке «дежурный» комплимент. У нее слащаво поинтересовались, как она относится к великой Алле Борисовне, имя которой носит.
И тут произошло то, чего никто не ожидал. Вместо того чтобы послушно улыбнуться и кивнуть, как ее учили долгие годы, тринадцатилетняя девочка посмотрела прямо в глаза собеседнику и ледяным тоном отрезала: «Этот человек мне неприятен».
Фраза прозвучала как выстрел. Она мгновенно облетела всю тусовку. Для Киркорова это был настоящий публичный удар, ведь он всегда пытался сохранить иллюзию идеальной семьи. Но слова уже были сказаны. Девочка ясно дала понять: она больше не хочет иметь ничего общего с чужим прошлым.
Побег в Дубай: спасение от столичной травли и стразов
Многие заметили, что в последние пару лет Алла-Виктория и ее брат Мартин практически исчезли с московских светских тусовок. Раньше Филипп таскал их с собой на все премьеры, одевая в немыслимые брендовые наряды от Дольче и Габбана, заставляя позировать на красных дорожках. Дети выглядели уставшими, замученными вспышками фотокамер, но покорно стояли рядом с эпатажным отцом.
Сегодня ситуация в корне изменилась. Киркоров был вынужден убрать детей из России. И причина кроется не только в подростковом бунте. По информации из близкого окружения артиста, наследники поп-короля столкнулись с жесточайшей травлей в элитной московской школе.
Одноклассники откровенно издевались над ними, припоминая Филиппу все его недавние громкие скандалы — от танцев на кресте до участия в той самой «голой вечеринке». Дети расплачивались своими слезами за эпатаж отца.
В итоге нервы у звездного отца не выдержали. Чтобы спасти психику наследников, певец пошел на беспрецедентный шаг и увез их подальше от злых языков. Выбор пал на жаркие Арабские Эмираты. Теперь брат с сестрой грызут гранит науки в элитном закрытом заведении Дубая — Swiss International Scientific School.
За такое заграничное образование поп-королю приходится выкладывать астрономические суммы: чек за учебный год переваливает за десятки миллионов рублей. Впрочем, для самой Вики переезд оказался настоящим глотком свежего воздуха и избавлением от столичного кошмара.
Там, среди детей европейских дипломатов, арабских шейхов и международных бизнесменов, всем абсолютно плевать, кто такой Филипп Киркоров. Там нет вездесущих папарацци. И самое главное — там никто не называет ее двойным именем. Для одноклассников и учителей она просто Виктория. Девочка, которая начинает жизнь с чистого листа.
Черные худи вместо розовых платьев: рождение личности
Если вы сегодня зайдете в социальные сети юной Виктории, вы не поверите своим глазам. От той нарядной, кукольной девочки в розовых платьицах с рюшами не осталось и следа. Сегодня она — типичный представитель поколения Z, который отчаянно протестует против гламура.
Виктория носит черные, безразмерные мешковатые худи, снимает саркастичные, ироничные видеоролики и всем своим видом показывает, что блеск софитов и стразы вызывают у нее только раздражение. Когда наивные подписчики спрашивают ее, будет ли она петь на сцене, как знаменитый папа, она откровенно закатывает глаза. Сцена ей не нужна. Она серьезно увлекается дизайном, архитектурой и хочет получить настоящую, приземленную профессию, где ценят за реальный талант, а не за громкую фамилию в паспорте.
Кстати, ее родной брат Мартин — полная противоположность. Мальчик вырос невероятно артистичным, он обожает внимание публики, любит наряжаться и явно готовится стать наследником отцовской империи развлечений. А вот Виктория, в которой, по словам самого Киркорова, течет сильная кровь его покойной матери, оказалась девушкой со стальным характером.
Говорят, что не так давно Виктория даже подняла вопрос о том, чтобы официально, по документам, убрать из своего имени приставку «Алла» и остаться просто Викторией Киркоровой. Пока по закону сделать это без согласия родителей сложно, но сам факт таких разговоров говорит о многом. Она больше не хочет быть тенью женщины, которая давно вычеркнула их семью из своей жизни.
Тяжелое прозрение звездного отца
Нужно отдать должное самому Филиппу Киркорову. Мужчина, который привык к абсолютному поклонению и подчинению окружающих, перед дочерью вынужден отступить. В своих последних интервью он уже не говорит о ней как о будущей звезде эстрады. В его голосе сквозит грусть, смешанная с невольным уважением:
«Она у нас с характером, настоящий перфекционист. Никакого шоу-бизнеса там и близко не будет. Главное, чтобы она просто нашла себя и была счастлива», — говорит сегодня поп-король.
Видимо, к пятидесяти с лишним годам он наконец-то начал понимать, что дети — это не красивые игрушки для красных дорожек и не инструмент для сведения личных счетов с бывшими возлюбленными. Это живые люди, у которых есть право на свою собственную, отдельную жизнь.
Девочка, которую отец когда-то обрек на вечные сравнения с чужим кумиром, смогла найти в себе силы разорвать этот порочный круг. Оставшись просто Викторией, она вернула себе самое ценное — право быть самой собой.
Правильно ли поступают родители, когда называют своих детей в честь кумиров, бывших жен или мужей? Имеет ли право тринадцатилетний подросток вот так жестко открещиваться от имени, которое дал ему родной отец?
