Осенью 1915 года, спустя больше года после вступления Российской империи в Первую мировую войну, бои шли уже в Прибалтике. Петроград оказался слишком близко к зоне военных действий, поэтому государственный золотой запас решили вывезти из столицы. Первую партию специальным эшелоном доставили в Казанское отделение Государственного банка.
Летом 1918 года Казань заняли части Народной армии Комуча и Чехословацкого корпуса под командованием Владимира Каппеля. Вместе с городом в их руки перешли сотни тонн золота. С этого момента и началось его долгое путешествие по России и за её пределы.
Часть ценностей ушла на военные закупки, часть была захвачена или похищена, а значительную долю позднее вернули в Казань. Но судьба отдельных партий до сих пор вызывает споры. Могли ли какие-то ящики остаться в тайге? И откуда взялась легенда о золоте на дне Байкала?
Чудом не разграбленное золото
К началу Первой мировой войны Российская империя располагала одним из крупнейших золотых запасов в Европе. Сохранить его было жизненно важно: золото обеспечивало устойчивость рубля и позволяло государству расплачиваться за крупные зарубежные поставки.
Для хранения значительной части ценностей выбрали Казань. Незадолго до войны здесь завершилось строительство нового здания местного отделения Государственного банка. В нём находилось современное по тем временам хранилище с несгораемыми дверями и сигнализацией.
К 1918 году в казанской кладовой находилось больше половины остававшегося в стране государственного золотого запаса. Другую его часть отправили в Нижний Новгород.
В мае 1919 года в Омске провели ревизию. По её итогам стоимость числившихся по документам ценностей составила 651 532 117 рублей 86 копеек, а общий вес золота — почти 497 тонн. Для начала XX века это была поистине «космическая» сумма.
В начале августа 1918 года к Казани подошли части Народной армии Комуча и Чехословацкого корпуса. Военной операцией руководил подполковник Владимир Каппель. После тяжёлых боёв 7 августа город оказался под контролем противников большевиков.
Разумеется, в их руках теперь был и банк, где находились огромные золотые запасы. В своей телеграмме верховному командованию Каппель докладывал:
«Трофеи не поддаются подсчету, захвачен золотой запас России в 650 миллионов…».
Примечательно, что ещё до прихода «каппелевцев» у банка, по позднейшим воспоминаниям, собралась толпа. Рассказывали, что некоторые люди пытались вынести ценности, но в возникшей давке не могли выбраться из здания: сзади на них напирали другие желающие добраться до золота.
Из повреждённых мешков и ящиков будто бы высыпались монеты, которые тут же подбирали оказавшиеся рядом люди. Вскоре к Государственному банку подошёл военный отряд и восстановил порядок. Точно проверить все подробности этой сцены сегодня невозможно, поэтому воспринимать её следует именно как рассказ очевидцев.
Путешествие главной ценности
К концу августа к Казани начали приближаться красные части. Белые, находившиеся в городе, понимали, что при малейшем промедлении золото снова окажется в руках противника. Поэтому слитки и монеты начали спешно готовить к отправке, сначала в Самару.
Историк Амир Хисамутдинов в своей книге «Русская Япония» приводит воспоминания офицера Василия Осиповича Вырыпаева, участвовавшего в этих событиях:
«Добровольцы, как муравьи, поодиночке и группами переносят ящики с золотом из кладовых в трамвайные вагоны… Золотые пятирублевки, десяти и пятнадцатирублевки беспорядочными кучами валялись на полу кладовой близ разбитых (видимо, прямо об пол) ящиков. Добровольцы подбирали с полу рассыпанные золотые монеты и несли их самому Каппелю…».
На трамваях ящики доставили к берегу Волги, где загрузили их на два парохода и отправили в Самару, которая в тот момент была столицей Комитета членов Всероссийского учредительного собрания, сокращённо Комуча, — одного из центров антибольшевистского сопротивления в Поволжье.
Из Самары золото переправили в Уфу, а затем в Омск. К тому времени, когда в ноябре 1918 года адмирал Александр Колчак был провозглашён Верховным правителем России и Верховным главнокомандующим Русской армией, ценности уже находились в городе.
Только после прихода Колчака к власти золотой запас оказался под контролем его правительства. Именно тогда за ним и закрепилось ставшее знаменитым название — «золото Колчака». Сам адмирал подчёркивал, что ни он, ни его правительство не являются владельцами этих ценностей: золотой запас оставался государственной собственностью России.
Золотой запас стал важнейшей финансовой опорой правительства Колчака. Он позволял оплачивать иностранные поставки и снабжать армию всем необходимым для продолжения войны.
Белые и союзники
Колчак понимал, какое впечатление государственный золотой запас может произвести на иностранных дипломатов и представителей союзного командования. Летом 1919 года в здании Государственного банка в Омске устроили выставку золота и других ценностей.
Она должна была показать, что правительство Колчака располагает серьёзной финансовой опорой и способно расплачиваться за иностранные поставки. Говорили, что на гостей это зрелище произвело сильнейшее впечатление.
Вот только золотые слитки не помогли белым одержать победу. В Омске Колчак и его сторонники продержались до поздней осени 1919 года. В ноябре адмирал покинул город, причём вместе с ним уехал и «золотой эшелон». Путь лежал к Иркутску.
Судьба золота серьёзно беспокоила союзников. Они предлагали передать эшелон под международную охрану и доставить его во Владивосток.
По воспоминаниям Георгия Гинса, Колчак ответил резко, заявив, что скорее отдаст ценности большевикам. Дословность его реплики проверить уже невозможно, однако сам спор о том, кто должен охранять золотой запас, действительно происходил.
В начале 1920 года Колчак снял с себя полномочия Верховного правителя. Золотой эшелон к тому времени оказался под контролем Чехословацкого корпуса, который занимал важнейшие участки Транссибирской магистрали и стремился как можно скорее покинуть Россию.
По дороге в Иркутск произошла одна из немногих документально подтверждённых краж. В январе 1920 года на станции Тыреть обнаружили повреждённые пломбы на одном из вагонов.
Проверка показала, что между станциями Зима и Тыреть исчезли 13 ящиков с золотом стоимостью около 780 тысяч рублей. Кто именно их похитил и куда они делись, установить не удалось.
В дальнейшем Колчак был арестован и расстрелян без суда. Однако следы основной части золота вовсе не затерялись. После перехода власти в Иркутске к большевикам ценности приняла специальная комиссия. В эшелоне находилось золото на сумму 409 миллионов 626 тысяч рублей, которое затем отправили обратно в Казань.
Значит, большая часть запаса никуда не исчезла. Но что случилось с похищенными ящиками и другими отдельными партиями? Могли ли какие-то из них по-прежнему находиться в тайниках?
Загадочные тайники
Именно судьба отдельных похищенных или пропавших партий и породила многочисленные легенды о «золоте Колчака». Начнём, пожалуй, с самых спорных, но в то же время любопытных версий.
Некоторые энтузиасты считают, что отдельные ящики с монетами следует искать в сибирской тайге. Особое внимание привлекает Обь-Енисейский канал, построенный в конце XIX века, и расположенный здесь шлюз Марьина Грива.
С этим местом связывают рассказы о боях времён Гражданской войны и возможных тайниках белых. Однако главный золотой эшелон двигался по Транссибирской магистрали и к Обь-Енисейскому каналу не направлялся. Документов о перевозке сюда части государственного запаса не найдено, поэтому версия о Марьиной Гриве остаётся местной легендой.
Другая легенда связана с окрестностями станции Тайга и бывшим штабным писарем, эстонцем Карлом Пурроком. В позднейших пересказах утверждалось, что он знал о ящиках, закопанных возле станции во время отступления белых. Постепенно этот рассказ превратился в историю о золотых монетах.
Однако надёжных документов, подтверждающих слова Пуррока, не найдено. Даже если военный тайник действительно существовал, в нём могли находиться боеприпасы, продовольствие, обмундирование или другое имущество отступавшей части. Связь этого клада с государственным золотым запасом остаётся предположением.
Немало историй ходит и о золоте на дне Байкала. Согласно самой известной версии, железнодорожный путь был повреждён взрывом или обвалом, после чего вагоны с ценностями сорвались с рельсов и ушли под воду.
Согласитесь, легенда красивая. Однако маршрут основного золотого эшелона ей противоречит. Поезд дошёл до Иркутска, после чего оставшиеся ценности отправили обратно на запад, в Казань. По Кругобайкальской железной дороге в сторону Владивостока этот состав с золотом не проходил.
Не существует и документов о крушении вагонов с государственным запасом. Поэтому утверждать, что основное «золото Колчака» лежит на дне Байкала, оснований нет. Но если сотни тонн золота не исчезли в озере или тайге, куда делась разница между первоначальным запасом и тем, что вернулось в Казань?
Деньги, пущенные на войну
Причина уменьшения «казанского золота» была гораздо прозаичнее легенд о тайниках. Армия требовала постоянного снабжения, а иностранные поставщики не собирались работать бесплатно. Часть металла продавали или закладывали за границей, полученные средства направляли на военные закупки, а некоторые суммы оставались на зарубежных банковских счетах.
Все эти операции постепенно уменьшали запас, находившийся под непосредственным контролем правительства Колчака.
Несмотря на успех в Казани, положение армии Колчака постепенно ухудшалось. Без поставок из-за границы продолжать войну становилось всё сложнее. Исследователь истории золотого запаса Александр Мосякин предлагает более резкую трактовку отношений Колчака с союзниками:
«Поэтому Колчак был вынужден золото вывозить, а чтобы его не возвращать, «союзники» не признавали адмирала законным правителем России, присваивая тем самым русское золото. Это старый английский трюк, который англичане опробовали еще во время Мировой войны».
Это авторская оценка Мосякина. Другие историки осторожнее говорят о закупках, кредитах, зарубежных счетах и спорах о принадлежности российских средств.
Понимал ли сам Колчак, насколько интересы иностранных союзников расходились с его собственными? На этот вопрос нельзя дать однозначного ответа. Однако без зарубежных поставок его армия не могла продолжать войну, а оплачивать их приходилось золотом. Поэтому значительная часть запаса была отправлена за границу.
Историк Владимир Карелин вместе с Йенсом Петтером Нильсеном и Андреем Репневским изучил документы, сохранившиеся в Национальной библиотеке Норвегии. Они выяснили, что в Швеции действительно находилось от двух до трёх тонн российского золота.
В 1921 году его переплавили в слитки и через Норвегию отправили в американские банки. Однако операция проходила уже после смерти Колчака.
Документы не позволяют утверждать, что адмирал лично переправил это золото в Швецию. Исследователи связывают его с деятельностью представителей «белой дипломатии», в распоряжении которых после поражения Белого движения оставались российские средства.
Русское золото двигалось и на восток. Однако здесь важно учитывать, что в Японию попадали разные партии ценностей: средства правительства Колчака, грузы дальневосточных белых властей и золото, которым самостоятельно распоряжался атаман Семёнов.
Амир Хисамутдинов в книге «Русская Япония» рассказывает об одной из этих партий. В конце января 1920 года часть ценностей погрузили во Владивостоке на пароход «Орёл», направлявшийся в Японию. Ящики были оформлены как груз с динамитом. Один из матросов позднее вспоминал, что произошло, когда его попросили починить замок:
«Я приступил к работе, но внезапно крышка отскочила. Под нею оказались пожелтевшие газетные листы, сквозь которые поблескивали ряды золотых монет…».
Это яркое мемуарное свидетельство, а не официальный акт осмотра груза. Тем не менее оно показывает, насколько скрытными и запутанными были перевозки российских ценностей на Дальнем Востоке.
Движение российских средств за границей подробно исследовал историк Олег Будницкий, работавший с архивами в России, Европе и США. Он показал, что часть золота и полученных за него денег ещё долгие годы оставалась в распоряжении представителей русской эмиграции и бывших белых дипломатических структур.
Теперь можно свести известные цифры вместе. Более 409 миллионов рублей вернули в государственное хранилище, около 191 миллиона использовали для заграничных операций и военных закупок.
Ещё 43 миллиона 558 тысяч рублей захватил атаман Григорий Семёнов. Известны и отдельные кражи: 13 ящиков пропали возле станции Тыреть, а мешок с монетами стоимостью 60 тысяч рублей исчез ещё в Омске.
Отдельно в общем балансе учитывались 100 ящиков с золотом примерно на 6 миллионов рублей, которые большевики успели вывезти ещё до вступления частей Каппеля в Казань. Эта партия не досталась белым, поэтому её нельзя относить к потерям «золота Колчака».
После сопоставления всех известных перемещений, расходов и хищений необъяснённой остаётся судьба золота примерно на 487 тысяч рублей. Сумма немалая, но она несопоставима с сотнями миллионов, которые якобы целиком исчезли в Сибири.
Получается, что единого огромного клада, спрятанного в тайге или затонувшего в Байкале, скорее всего, никогда не существовало. Но отдельные ящики действительно пропали, и судьба некоторых из них до сих пор остаётся неизвестной. Возможно, именно поэтому легенда о «золоте Колчака» продолжает жить.
В военное время даже самые немыслимые суммы исчезают с невероятной скоростью. Жаль только, что средства, которые могли бы пойти на развитие страны и улучшение жизни людей, были потрачены на войну, принёсшую народу столько горя. Увы, такова горькая правда этой истории.
