Знаете, кто осуществил мечту Меган и Гарри о настоящей приватной личной жизни в роскоши? Племянница принцессы Дианы, Китти Спенсер.
Эта очень красивая девушка вышла несколько лет назад замуж за очень богатого шестидесятисемилетнего миллиардера — Майкла Льюиса, южноафриканского магната, состояние которого оценивается в 1,3 миллиарда долларов. Им пророчили скорый развод, скандалы, измены, но нет — живут себе тихо. Китти родила сына Майкла (названного в честь отца) и дочь Афину. Что важно: пресса узнавала обо всём уже по факту, когда Китти показывала фотографию подросшей дочери в соцсетях.
Ей успешно удаётся держать свои отношения с Майклом вдали от глаз общественности. Редко публикуя фотографии мужа и детей, она на большинство мероприятий на красной дорожке выходит одна.
Как модель, Китти имеет контракты с модным домом Dolce & Gabbana, ведёт гламурный образ жизни, отдыхает в Хэмптоне, на Французской Ривьере, посещает светские мероприятия, дружит с князем и княгиней Монако и так далее.
То есть живёт именно той жизнью, о которой мечтали Гарри и Меган, отказываясь от своих королевских обязанностей. Только вот Сассекские не смогли позволить себе этого образа жизни, бесконечно пытаясь одновременно подогревать интерес к собственным персонам и требуя уважать их приватность.
В чём же разница между Китти и Меган?
Всё просто.
Китти Спенсер — настоящая аристократка. Её отец, Чарльз Спенсер, 9-й граф Спенсер, владеет родовым поместьем Олторп, где похоронена принцесса Диана. Она выросла в мире, где понимают: привилегия — это ответственность, а не инструмент пиара.
Кстати, её родители, как и родители Гарри и даже Меган, тоже развелись, когда Китти и её сестра-близняшка были ещё маленькими. И отношения с отцом у сестёр очень напряжённые. Но это не даёт им повода писать мемуары, выступать с заявлениями или снимать фильмы о «травмах». Они не обвиняют семью в заговорах. А ведь Китти могла бы говорить и о Диане, и о своём детстве, и о родовом поместье, и о своём отношении ко второму и третьему браку отца, мачехах, дележе фамильных драгоценностей… Журналисты выстроились бы в очередь.
Гарри и Меган же, покинув королевскую семью, так и не смогли найти баланс. Они требовали приватности — но сами продавали эксклюзивы Netflix и Spotify. Они хотели финансовой независимости — но продолжали использовать титулы для заключения сделок.
*
У Китти есть деньги мужа, но она не прячется за ними. У неё есть титул, но она не пытается его капитализировать. Она имеет все то, о чем мечтала Меган — красные ковровые дорожки, кинофестивали, вечеринки со знаменитостями и королевскими особами, обложки гламурных журналов, фотосессии, продолжает работать моделью на подиумах. Но при этом ее частная жизнь очень закрытая и без лозунгов и скандалов.
Вот она, настоящая аристократическая приватность. Не с громкими заявлениями о желании «скрыться от всех». А с молчаливым умением просто жить своей жизнью, не оглядываясь на камеры.
Именно поэтому Китти Спенсер — воплощение той жизни, о которой мечтали Гарри и Меган. Но для того, чтобы жить её, нужно понимать, где находится грань между публичностью и приватностью. А вот с этим у Сассекских проблемы.
