Личная жизнь Понаровской всегда напоминала калейдоскоп. Короткий юношеский брак с музыкантом из «Поющих гитар», гражданский союз с режиссером Леонидом Квинихидзе… Ирина искала не просто мужчину, а единомышленника. Казалось, она нашла его в Вейланде Родде — статном темнокожем артисте с ослепительной улыбкой.
Их пара выглядела экзотично и невероятно красиво для советской эстрады восьмидесятых. Но внутри «красивой картинки» зрела трагедия. Поставив Ирине диагноз «бесплодие», врачи лишили её надежды. В отчаянии супруги взяли из детского дома маленькую Настю. Но вскоре случилось чудо, которое медицина объяснить не смогла: Понаровская забеременела и родила сына Энтони.
Дальше началась история, которую певица до сих пор вспоминает с содроганием. Приемную дочь вернули в детский дом. Ирина позже объясняла это невыносимым поведением девочки и её тяжелым влиянием на маленького Тонни, но тень этого решения преследовала артистку долгие годы.
Развод с Роддом превратился в триллер: муж выкрал трехлетнего сына, и Ирина нашла их в захудалой гостинице Воронежа — голодных и больных. С того дня она поклялась: отец больше не подойдет к ребенку.
Энтони: ювелир человеческих душ
Сын Энтони был её главной гордостью и её самой большой тревогой. Мальчику с экзотической внешностью пришлось несладко в России девяностых. После жестокого нападения подростков, когда двенадцать человек избили Энтони только за цвет кожи, Ирина поняла: сына нужно спасать.
Он уехал в Норвегию. Там, в тишине и безопасности, Энтони Родд не захотел идти по стопам звездной матери. Вместо света софитов он выбрал свет, играющий в гранях камней, — стал профессиональным ювелиром.
В его мастерской рождались украшения, в которых была та самая тонкая эстетика, присущая его матери, но без сценического надрыва.
Он нашел свое счастье в браке с художницей Анной Чайниковой. Это был на редкость гармоничный союз двух творческих людей. Они жили в Эстонии, много путешествовали, зимовали на Гоа и воспитывали двоих детей — Эрика и Шарлотту. Ирина была спокойна: её Тонни выстроил ту самую «тихую гавань», о которой она сама мечтала всю жизнь.
Черная пятница сентября: когда время остановилось
20 сентября 2024 года жизнь Ирины Понаровской раскололась на «до» и «после». 39-летний Энтони, крепкий мужчина, никогда не жаловавшийся на здоровье, умер внезапно. Утро в московской квартире семьи началось с тишины, которую прервал крик жены: она нашла мужа в ванной без сознания. Сердечная недостаточность. Острая, мгновенная, беспощадная.
Для Ирины Витальевны это стало ударом, от которого не оправляются полностью. Прощание было закрытым, почти тайным — певица, привыкшая к вниманию прессы, на этот раз хотела только одного: чтобы её горе не тревожили вспышки камер. Последнее видео в блоге сына, где маленькая дочка забавно «воет на луну», сидя на скейте, стало для матери вечным напоминанием о том, каким счастливым отцом он был.
Внуки: две частички потерянного сердца
Говорят, внуки — это шанс исправить ошибки, допущенные с детьми. Сегодня Понаровская живет на два города — Москву и Петербург, где осталась семья сына. Одиннадцатилетний Эрик и шестилетняя Шарлотта стали для неё единственным смыслом существования.
Эрик — вдумчивый, спокойный, настоящий маленький джентльмен. Шарлотта — полная его противоположность, стихийное бедствие в розовом платье. Она легко садится на шпагат, обожает импровизированные спектакли и явно унаследовала бабушкин артистизм.
«Я хочу дать им в десять раз больше любви, чем успела дать Тонни из-за своих бесконечных гастролей», — признается Ирина Витальевна. Сегодня великую диву можно застать за самыми обычными делами: она печет пирожки, спорит с внуками о сюжетах мультфильмов и даже азартно играет с ними в приставку.
Она не хочет для Шарлотты судьбы эстрадной звезды — слишком хорошо знает изнанку этого блеска. Ей хочется, чтобы дети просто были счастливы и защищены.
В каждом объятии внуков, в каждой их улыбке она ловит черты своего Энтони. Ирина Понаровская больше не гонится за модой и статусом. Она просто бабушка, которая учится дышать в мире, где её сына больше нет, но остались его продолжения — её Эрик и её Шарлотта.
